Герцог подвёл её к пожилому джентльмену. Тот поклонился, Карлотта присела в реверансе. Было в этой сцене что-то мучительно личное. Кендре казалось, будто она стоит снаружи у окна, прижав нос к стеклу, и наблюдает, как отец с гордостью представляет дочь старому другу.

Тревожное чувство, зародившееся в животе, поднялось к груди. Нельзя было отрицать того, что читалось на лице герцога: забота, гордость… любовь.

Кендре внезапно захотелось заплакать. Это поразило её саму; она с трудом сглотнула, пытаясь совладать с собой. Она ведь никогда не плакала. Что, чёрт побери, с ней происходит?

— Мисс Донован, не хотите ли вы… Что случилось? — Голос Алека стал напряжённым, когда он подошёл к ней и увидел её лицо.

— Я… — Дыхание перехватило. Ей пришлось заставить себя сглотнуть. — Они выглядят так, словно созданы друг для друга, правда?

Он не спросил, о ком речь, лишь оглядел зал. Отыскав глазами дядю и Карлотту, Алек прищурился.

— Вы хотите жениться? — неожиданно выпалила Кендра и сама ужаснулась собственным словам. «Что я сейчас сказала?» Будто в её тело вселилось чужое существо, завладело чувствами и принялось распоряжаться её языком.

Алек резко повернул голову. Его зелёные глаза пристально впились в неё.

— Простите?

Кровь шумела в ушах, губы внезапно пересохли. Она ещё могла взять слова назад. Сказать, что пошутила. Или что у неё опухоль мозга. Кто знает — может, и правда опухоль.

Но вместо этого она услышала собственный голос:

— Жениться. Давайте поженимся.

Алек уставился на неё. Откуда-то издалека доносились музыка оркестра, смех, гул разговоров. Он не отвечал. Снова взглянул на герцога и Карлотту, потом перевёл глаза на Кендру. Почему он молчит? Паника, охватившая её несколько мгновений назад, теперь превращалась во что-то другое — в острое, невыносимое смущение. Они стояли посреди проклятого бального зала. К счастью, все вокруг были заняты беседами и никто не видел, как она теряет рассудок. Никто, кроме Алека, который смотрел на неё так, словно она предложила украсть коронные драгоценности.

— Нет, — наконец сказал он.

Кендра судорожно вдохнула. В груди болезненно кольнуло, и она отступила на шаг.

— Кендра…

— Нет. — Она отдёрнула руку, когда он попытался взять её за пальцы. — Давайте забудем об этом, хорошо?

— Да будь оно проклято! — прошипел он. — Послушайте… — Нет. Нет, я…

— Вы же знаете, что я…

— Сатклифф! Мисс Донован! — Рядом словно из воздуха возникла леди Ребекка со стаканом лимонада. — Боже милостивый, кажется, сегодня здесь весь Лондон! Леди Роберта устроила музыкальный вечер. Не представляю, кто к ней явился. — Она улыбнулась, но улыбка померкла, когда она пригляделась к Кендре и Алеку. — Что случилось? Вы что-то выяснили об убийстве Паско?

— Да. — Кендре удалось сохранить ровный голос. Она не смотрела на Алека. — Расскажу позже. А сейчас Сатклифф мечтает потанцевать с вами.

— О… — Ребекка озадаченно замолчала.

— Мисс Донован…

Теперь Кендра заставила себя взглянуть на Алека.

— Мне нужно немного побыть одной. — Ей показалось, что голос прозвучал вполне нормально. По крайней мере, не так отчаянно, как она себя чувствовала.

Что бы Алек ни прочёл на её лице, он медленно кивнул, потом повернулся к Ребекке:

— Для меня будет честью пригласить вас на танец, Бекка. — Он протянул ей руку.

Ребекка подозрительно прищурилась на них обоих.

— Я подержу ваш стакан, — предложила Кендра. «Пожалуйста, пожалуйста, уйдите», — молилась она про себя. Ей нужно было собраться с духом, а сделать это под взглядом Алека или, что ещё хуже, слушая его извинения за отказ, она не могла.

— Что ж, хорошо, — наконец согласилась Ребекка, передавая стакан. Она многозначительно посмотрела на Кендру. — Но потом мы непременно поговорим. — Взяв Алека под руку, она добавила: — Пойдёмте, Сатклифф.

Он медлил, не сводя глаз с Кендры.

— Сатклифф… — Ребекка потянула его за руку, и Алек неохотно отвернулся.

Кендра облегчённо вздохнула. Направляясь с Ребеккой к танцующим, Алек ещё раз оглянулся. Мистер Хамфри, вероятно, уже возвращался с её лимонадом, но она просто обязана была бежать из удушающе жаркого зала. Она глотнула лимонада Ребекки, чтобы смочить пересохшее горло, и выскользнула через французские двери. Холодный ночной воздух приятно остудил горящие щёки. Веранда была пуста, но ей хотелось ещё дальше уйти от места недавнего унижения. Она спустилась по ступеням и углубилась в сад, заросший густыми кустами. По луне ползли облака, делая тени ещё чернее. Именно темноты ей сейчас и не хватало. «Что я натворила?»

Остановившись у мраморной скамьи перед розовым кустом, Кендра закрыла глаза и сосредоточилась на дыхании. Нужно было вернуть равновесие миру, который вдруг опасно закружился.

Возможно, если бы она не была так поглощена стыдом за собственную глупость, то внимательнее следила бы за происходящим вокруг. Но она ничего не услышала, пока мужчина не оказался прямо за спиной. Его горячее зловонное дыхание коснулось её уха.