От неё пахнет ванилью — боже, какой контраст после дня в пыли и штукатурке.

Но сам жест застает врасплох. На свидания я хожу часто, целуюсь — тоже, но прижиматься к кому-то? Не моё.

Мой принцип — не привязываться. А придерживаться его сложно, когда вот так физически прирастаешь к человеку.

Я-то понимаю, зачем участвую в этом спектакле, но почему она так легко в него включилась — загадка. Пытаюсь прочесть ответ на её лице, но тут Бри презрительно фыркает.

— Ах да, — говорит девушка, выпрямившись, — Бри любезно вернула твой свитер. — Протягивает его мне, улыбаясь. — Правда мило с её стороны?

— Ты оставил его у меня, — с нажимом говорит Бри, вкладывая в слова скрытое «помнишь, как было у меня дома?».

Помню. К сожалению.

И в голосе звучит обвинение, будто я специально это сделал. Что удивительно, учитывая, как всё было на самом деле.

— И как ты узнала, куда его принести? — спрашиваю, хотя и не уверен, хочу ли знать ответ. Бри никогда не была у меня дома. Никто не был. Понятия не имею, откуда она знает адрес.

Точнее, узнала.

— Увидела в счёте у родителей, — спокойно отвечает она, будто это абсолютно нормально приходить без приглашения, пользуясь личными данными.

Ну что ж. Тогда и мне не о чем жалеть.

— Спасибо, — говорю и беру свитер из рук своей «девушки». — Он мой любимый. — Натягиваю его ей через голову.

Она послушно влезает в него, смеётся, поправляя волосы. Тёплые, каштановые — одного оттенка с бровями и ресницами.

— Тебе идёт, — говорю.

И правда. Свитер на ней огромен, она в нём почти тонет и это, неожиданно, чертовски мило.

Я снова обнимаю её за плечи, она обвивает мою талию рукой.

— Бри, — говорит подруга, подойдя ближе, — пойдём.

Бри бросает на нас последний взгляд.

— Ладно, — бурчит она и, посмотрев на мою спутницу, добавляет: — Только не забудь, что я сказала.

У меня дёргается бровь, но задерживать её точно не стану.

— Спасибо за свитер, — говорю, когда они сворачивают к машине.

— Пока! — звонко произносит моя «девушка», весело машет рукой.

Я всё ещё не до конца осознаю, что она действительно подыграла.

Должно ли меня это настораживать? И во что я, собственно, вляпался, пытаясь выпутаться из истории с Бри?

Фары вспыхивают, мотор заводится. Мы оба машем, пока машина не скрывается за поворотом.

Когда она исчезает, руки опускаются, и я поворачиваюсь к ней.

Свитер ей идёт — не поспоришь.

— Спасибо, что… э-э…

— Не стоит, — отвечает она.

Я вглядываюсь в её лицо и задаю вопрос, который не выходит из головы:

— Почему ты это сделала?

Она тихо смеётся.

— Если честно, поначалу я была на стороне Бри — пока не узнала, что у вас было всего два свидания. А когда она назвала меня «понижением уровня», я полностью перешла в лагерь Коула. Пошли, заберёшь почту? — Она открывает дверь, ту самую, которую раньше открывал я, и я иду следом.

Чувство странное. Мой дом, но будто переодетый и, черт возьми, ему идёт.

В гостиной куча неразобранных коробок, но она успела сделать дом уютным — так, как у меня никогда не получалось, хотя я всегда этого хотел.

— Так, — говорю, когда она ведёт меня на кухню, — у моей новой девушки вообще есть имя?

— Даже имени своей девушки не помнишь? Бри права — Коул Бредли сердцеед, — качает она головой, потом улыбается, берёт пачку писем и протягивает мне. — Риз.

— Риз, — повторяю. — Моё любимое лакомство.

Она приподнимает брови.

— Ты из тех, кто любит Reese’s Cup? (*Reese’s Cup — это плоская шоколадная чашечка, внутри которой мягкое арахисовое масло.)

— Нет, только Reese’s Pieces. (*Reese’s Pieces — маленькие драже в цветной глазури с арахисовой начинкой, похожие на M&M’s)

Она морщит нос.

— Пожалуй, нам стоит расстаться.

— Эй, ну зачем так?

— Прости, но это непреодолимые разногласия, — говорит она, снимает свитер и протягивает мне. — Вот, держи.

Я смеюсь, принимая его.

Совсем не такую девушку я ожидал встретить, забирая свою почту.

Риз театрально вздыхает.

— Всё равно я тебе никогда не подходила по версии Бри. Так что я просто сэкономлю тебе силы: избавлю от необходимости разбивать мне сердце и… как она сказала? Ах да. Выбросить его в свой костёр из разбитых сердец.

— А, точно, — киваю я. — Мой костёр из сердец. Надо бы подлить бензина, а то огонёк погас.

Риз улыбается так, что дыхание перехватывает.

— Пока не добудешь новое сердце, у тебя ведь уже есть дрова, — кивает на пачку ненужной корреспонденции у меня в руках. — Если правильно оформишь пересылку, даже ездить не придётся. Дрова сами будут приходить.

— Туше. Так и сделаю.