Адам глянул в зеркало заднего вида. Шэрон даже не смотрела на него. Она таращилась в сторону дома. Он не был уверен, но, кажется, в ее глазах промелькнула искренняя тревога.

- А какая теперь разница, кто что делает?

Шэрон заставила Адама вздрогнуть. Он думал, она будет молчать до конца.

- В смысле?

- Этот вирус. То, куда катится мир. Границы закрыты. Магазины работают с ограничениями. Люди боятся выйти из дома. Работу теряют. Долги растут... Какая теперь разница?

То, как она говорила, удивило Адама. В ее речи была такая четкость, какой он не ожидал, наслушавшись остальных: заикание, обрывки фраз, мата больше, чем нужно. А она звучала почти образованно. Почти.

- Да похуй на них. Люди сами все это устроили, и - судя по тому, как все идет - надо хотя бы насладиться последними моментами свободы, что у нас остались.

Она помолчала, потом добавила:

- Мы все равно все передохнем в течение месяца, если вирус будет так распространяться.

Адам ничего не сказал. А что тут скажешь? То, что они, скорее всего, скоро умрут, - похоже, правда, если все и дальше так пойдет и если правительство действительно так мало делает. А если мир и дальше так будет катиться в пропасть, может, смерть и лучше?

- Мир уже никогда не будет прежним, - добавила она. - Теперь главное - оставить свой след, чтобы, когда пыль осядет, наверху оказались мы.

И в этом была логика. А вот в том, что они делали в доме, логики не было. Как и в том, что они сделали с Дэйвом и Анетт.

- Кто здесь живет?

Адам не был уверен, хочет ли услышать ответ. Честно говоря, он и спрашивать не собирался. Просто вырвалось, чтобы заполнить тишину. К его облегчению, Шэрон не ответила. Только улыбнулась. Она не знала, что Адам с облегчением выдохнул. Ему не нужно знать, кто там живет, и не нужно знать, что они делают.

Адам снова глянул на женщину сзади. Она была не из крупных. Не будь ножа, он бы легко ее одолел. Эта мысль теперь была на первом плане. Если он собирается что-то предпринять, чтобы сбежать, - сейчас самое время. Он вспомнил, что они смотрели в телефоне. И главное - ее реакцию. Ее стошнило. Потом еще то, что она не пошла в дом с ними... Что бы они там ни делали - явно ничего хорошего - но она не захотела в этом участвовать и осталась с Адамом.

- Ты не такая, как они, - сказал он, оглядывая то, что было вокруг машины.

Кусты, деревья... Полно мест, где спрятаться, когда он выберется.

Шэрон молчала. Она все еще смотрела в сторону дома, гадая, что они там творят.

- Ага... - Адам помолчал, еще раз прокручивая варианты. Потом продолжил: - Я не собираюсь тут торчать.

Не успела Шэрон ответить, как Адам распахнул дверцу и выскочил из машины. Захлопывать за собой не стал - просто направился к зарослям.

Шэрон выпрыгнула с заднего сиденья и крикнула:

- Стой, блядь, на месте...

Адам проигнорировал. Просто шел дальше. Только и повторял про себя, что она не такая, как они. Ее просто затянули за компанию, и даже тогда она, скорее всего, не хотела там быть.

- Я сказала, стой, блядь!

Он снова не обернулся, и Шэрон побежала за ним, сжимая нож в руке. Услышав шаги за спиной, Адам развернулся к ней.

- Отвали, блядь...

По тому, как она держала нож, было ясно: Шэрон не знает, что с ним делать. Подскочив ближе, Адам быстро схватил ее за запястье и резким движением вывернул руку. Кость хрустнула под кожей, Шэрон заорала от боли и выронила нож на каменную дорожку. Адам подхватил его свободной рукой и, быстрый как вспышка, всадил лезвие ей в горло - перерезав не только голосовую связку, но и сам крик. Ошеломленный собственным поступком, Адам выпустил нож и сломанное запястье Шэрон. Он с ужасом смотрел, как она отшатнулась с широко раскрытыми глазами и чистейшей паникой на лице.

- Прости...

Он сам не понял, зачем извиняется. Если бы он ее не опередил, нож сейчас торчал бы из его тела.

Шэрон постояла мгновение, хватая ртом воздух, которого не было. Адам помедлил, потом протянул к ней руку - бесполезное предложение помощи, которого он не имел в виду. Но она и так ее не приняла. Пошатываясь, опустилась на землю, села. Медленно, дрожащей рукой, вытащила нож из горла. Кровь хлынула на камни перед ней, едва не забрызгав Адаму ноги. Он инстинктивно отступил, но на этом не остановился. Шаг, еще шаг, еще и еще... Он развернулся и побежал к зарослям. В голове одна мысль: только бы убраться отсюда.

* * *

Не зная, что произошло снаружи, Кевин улыбнулся старухе.

- Чего тебе надо?

Старуха смотрела на него с ненавистью, горевшей в глазах.

Кевин рассмеялся над ее храброй враждебностью, друзья - тоже. Постепенно улыбка сползла с его лица.

- Здравствуй, мам, - сказал он. - Давно не виделись.

18

По другую сторону зарослей, невидимый со стороны дома, Адам замер, хлопая себя по передним карманам. Сердце заколотилось, когда он обернулся туда, где оставил машину, - и, что важнее, телефон.