— Какой сэндвич вы хотите? — спрашивает меня с улыбкой медсестра. Я даже не шевельнулся, чтобы поесть, мне приносили еду медсестры, за что я благодарен. У неё рыжеватые волосы, родинка на щеке, и её форма немного тесновата, но она явно носит её уже много лет.

— Думаю, я доверюсь вам, у меня есть ощущение, что вы выберете правильный, — говорю я с полуулыбкой. — Не подведите, Роза.

— Овощной, значит, — шепчет медсестра средних лет, прежде чем уйти.

Я слабо смеюсь, как раз в этот момент появляется другая медсестра, которая занимается сменой капельниц и прочей ерундой. Эта — худшая из всех, единственное, что она делала с тех пор, как Риз здесь, это надоедала мне.

Ей около тридцати, она стройная, всегда собирает свои каштановые волосы в пучок и красит веки розовым, с голубой линией на глазах. Это ужасно.

— Вижу, ты всё ещё здесь, — говорит она насмешливым тоном.  

— Вижу, ты тоже, жаль, что тебя не уволили.

Она смеётся сухо.

— Жаль, что она не очнулась.

Я чувствую, как злость наполняет мои вены. Я слишком долго сидел здесь и слишком долго не бил никого в лицо. А это — плохое сочетание, когда эта дамочка приходит сюда, чтобы меня провоцировать. Мне приходится сжать кулаки, чтобы удержаться.

— Не суйтесь в мои дела, или, клянусь, следующая, кто окажется на носилках, будете вы.

— Это угроза? — говорит она, не моргнув глазом и отложив то, что она делала.

— Это предупреждение.

— Выйдите немедленно из машины, или я вызову охрану.

 Я не собираюсь уходить. Я здесь уже два чёртовых дня. Без нормальной пищи и сна, всё это ради того, чтобы быть рядом с ней, заботиться о ней, составлять компанию и ждать, пока она проснётся. Если она думает, что я уйду по её пустой угрозе, то она меня совсем не знает.  

 

Медсестра глотает слюну в тот момент, когда я чувствую, как маленькая холодная и дрожащая рука обвивает мою и нежно сжимает её.

Риз смотрит на меня полузакрытыми глазами, с лёгкой и кривой улыбкой на лице.

Она проснулась.

Чёрт, она меня слышала.

— Пойду позову врача, — говорит она, прежде чем уйти. Хотя я уже не слышу её, я слишком занят тем, что смотрю на Риз.

— Как ты? — спрашиваю я, беря её руку обеими руками и теряя её. Она холодная, я немного открываю рот и дую на неё тёплым воздухом, прежде чем снова обвить её и положить обратно на носилки.

— Было и лучше, — её голос мягкий и немного прерывистый.  

— Помнишь, что случилось?  

Она пожимает плечами.

— Знаю, что упала. А больше ничего не помню, — говорит она с сомнением. Я киваю головой, хотя, по крайней мере, это не дело какого-то анонимного типа, иначе я бы сильно разозлился.

— Всё, что ты сказал раньше, правда?

Я киваю головой.

— Всё.

— Почему?

Я замедляю ответ.

— Я обещал, что буду защищать тебя. Не собираюсь нарушать обещание, — тихо говорю я, прежде чем в дверь входит врач.

Несколько мгновений спустя, после того как врач спрашивает Риз о её состоянии и проводит несколько тестов, приходит Брюс, который почти расплакался, увидев, что его дочь проснулась. Несмотря на то, что он был в отчаянии, с тех пор как Риз лежит здесь, он всё равно эмоциональный чудак. Я тоже замечаю, как он смотрит на наши соединённые руки, но это Риз попросила меня не отпускать её. И чёрт, мне и не нужно было её просить, чтобы я оставил руки так. Это как будто они идеально сочетаются.

— Я принёс все подарки от твоих подруг, — говорит Брюс, передавая ей картонную коробку. — Можешь посмотреть.

Риз достаёт коробку конфет с надписью «Карол» и затем длинную записку от Лили, которая так смешит Риз, что у неё почти слёзы на глазах. После ещё нескольких подарков она достаёт красную розу с биркой и бледнеет, когда читает её.

— Ариадна...

— Что с ней?  

— Она...  — говорит, потряхивая головой. — Когда я упала, у меня был флешбек с дня её вечеринки. Она разговаривала с Джастином, и разговор был довольно подозрительный, они сказали, что мне не нужно было этого слышать. Но я их видела, и они следили за мной по всему верхнему этажу, пытаясь удержать меня. — Она уверена в своих словах, но мне это всё равно кажется немного странным. — Наверное, это они стоят за всем этим.  

— Ты уверена, что это не было просто сном?  

— Ты мне не веришь? — говорит она с разочарованием.  

— Я верю, просто это звучит немного странно.  

— Знаю, но это правда.  

— Зачем им хотеть твоей смерти? Или, что ещё хуже, моей? У меня нет ничего, если я умру, никто не будет скучать по мне. — говорю я, пожимая плечами. Она хмурится, услышав мои слова, и мне кажется, что она немного сильнее сжимает мою руку, как будто боится, что я могу уйти. Или я хочу так думать.  

— Не знаю. Но я собираюсь это выяснить.

 

Глава 19

РИЗ