— Ладно, сегодня у нас есть сообщение для Джейми. От… — начала она, поднося микрофон ко мне.

— Его девушки, — ответила я.

Кто-то засмеялся. Ну и фигура.

— Джун, чёрт! Спускайся оттуда!

Лучи света слепили глаза, и я видела только силуэт с широкими плечами в белой футболке прямо под сценой.

— Почему я должна?

— Ты не понимаешь…

— А я не понимаю, почему ты не объясняешь, не говоришь мне ничего… Ты молчишь!

Девушка с микрофоном старалась успевать за нашим обменом реплик, но скорость не позволяла уловить каждое слово.

— Джун, я действую.

— Действуешь как дерьмо.

— Он тебя предал? — спросила она.

— Он запер меня в кладовке! Этого я ему не прощу, Джеймс.

— Я сделал это, чтобы защитить тебя.

— Ты мне не нравишься.

— А что тебе нравится, давай, расскажи?

Её вопрос меня ошеломил, но ответ у меня был готов.

— Документальные фильмы о преступлениях, Тейлор Свифт и Рождество. Не Джеймс Хантер.

Я делала себя посмешищем перед кучей людей, в основном взрослыми мужчинами, которые уже без конца хихикали. Даже девушка на сцене улыбалась нашему спору. И вдруг Джеймс прыгнул на сцену, схватил меня за талию, поднял на плечи и спустил вниз.

— Ты с ума сошла? — крикнул он, когда поставил меня на землю.

Я начала бить его всеми силами, что были у меня в теле, а он прикрывался руками, отступая назад.

— Сколько ты собираешься продолжать? — воскликнул он, сдерживая смех; мои удары его почти не раздражали.

— Почему, чёрт возьми, ты это сделал? Почему молчишь? Почему ведёшь себя так?

Мы всё ещё стояли в толпе, но, казалось, никого уже не волновала наша драма.

— Не знаю.

— Не знаешь? Что это за ответ? Ты всегда знаешь, что сказать. Всем. Почему только со мной молчишь? — я напала на него словами, но тут же приглушила тон.

И действительно, лицо Джеймса как будто смягчилось.

— Может, потому что я не на твоём уровне, Джун? — сказал он, опуская взгляд на пол.

Его уязвимый тон ударил меня, словно пощёчина в лицо.

— Джеймс, о чём…

— Я не знаю, смогу ли избежать того, чтобы причинить тебе боль, Джун. Мне кажется…

Я оцепенела, сжала губы. Раз он наконец заговорил, я точно не собиралась его перебивать.

— Я ощущаю эту тяжесть на себе.

Чёрт, ну ты почти хорошо начал…

— Тяжесть?

— Да, страх причинить тебе страдание. Называй это как хочешь.

— То есть для тебя быть со мной — это тяжесть, Джеймс? Именно это заставляет тебя ставить меня в угол, когда ты не знаешь, как справиться с ситуацией?

Джеймс потрёпал лоб, внезапно покрытый морщинами от напряжения.

— Нет, Джун. Иначе я бы с тобой не был.

— Тогда я не понимаю. Почему тебе так трудно говорить со мной, если мы вместе?

Я увидела, как он отвёл взгляд, оглядываясь по залу. Казалось, он был рассеян.

— Я никогда не делал этого раньше и не уверен, что годен для этой роли.

— Что ты имеешь в виду?

Он схватил меня за руку, притянул к себе, и мне пришлось поднять подбородок, чтобы встретиться с его глазами. Его живот прижимался к моей груди.

— Я имею в виду, что причиню тебе боль.

— Ты хочешь сказать, что предашь меня, поцелуешь другую или что-то в этом роде?

В груди защемило.

— Что за чёрт? Нет. Я имею в виду то, что сделал раньше. Вместо того чтобы объяснять, я закрываю тебя в кладовке.

Его глаза, сначала сосредоточенные на моих, начали скользить по моему телу, а мой взгляд застрял на его идеальных губах, так близко к моему лицу, что я содрогнулась.

— У тебя свои методы решения проблем. Наверняка они неправильные, но…

Нет, это было не то, что я хотела сказать.

Джеймс обвёл руками мою талию, притянув меня ещё ближе, как будто не знал другого языка, кроме языка тела.

— Хотела бы ты, чтобы я был другим, да?

— Я не хочу менять тебя, Джеймс.

— Ты уверена? Только что ты устроила сцену именно по этой причине. Почему не могла довериться мне и остаться дома хоть раз?

— И что с того? У меня тоже есть недостатки, Джеймс. — Я напряглась. — Ты не хотел, чтобы я пришла сюда, но я пришла всё равно. И знаешь почему? Потому что каждую ночь я ложусь спать с тысячей сомнений. Увижу ли я его завтра? Кто-то его убьёт? Что-то с ним случится?

— Джун… — сказал он, озабоченно, явно чувствуя, как моё тело переполнено тревогой.

— Значит, проблема, может, в нас обоих. Я и ты.

— Джун, ты не проблема.

— И ты не единственный, кто боится, понял?

Меня охватило чувство тревоги в животе.

Если бы я осталась дома… всё было бы проще.

Джеймс схватил меня за плечи и посмотрел решительно.

— Джун, дыши.

— Я уже потеряла брата, а ты только создаёшь себе проблемы, так что мне интересно, когда же…

— Джун, я никуда не уйду. Я здесь, всегда буду возвращаться к тебе. Каждую ночь.

— Но…