— Невинных? Серьёзно?

— То, что они были политиками, часто коррумпированными, не означает, что они заслуживали такого отношения. Как только Остин получал компромат на них, мой отец использовал его для шантажа, чтобы выманить услуги или деньги.

Возможно, Брайан был прав — эти люди не заслуживали такого, и Худ с Остином должны были оказаться в тюрьме. И всё же меня волновало только одно.

Джеймс.

— Значит, они использовали этот флирт с Джеймсом, чтобы шантажировать политика.

— Именно. Они сделали его уязвимым. У них уже было достаточно материала, чтобы использовать его в нужный момент, возможно, в обмен на услуги других политиков.

— Почему именно он? Что Остин и твой отец с этого имели?

— Их бизнес приносил не только прибыль от наркоторговли и проституции, но и власть. Эти двое узнали всё, что касалось любой начинающей личности, появившейся на их вечеринках. И так они добились того, чего хотели.

— Глаза закрыты в полиции, зад прикрыт в суде, тендеры, всё что угодно, — сказал Брайан чётко и ясно, наверное, потому что он долго обсуждал это с матерью.

— Джеймс об этом не знал… — пробормотала я, качая головой в знак отрицания.

— Ты так думаешь, Джун? Думаешь, он не был согласен?

— Что ты этим хочешь сказать, Брайан? — резко спросила я.

И словно молния, я оказалась прямо под его лицом и уставилась на него вызовом. Уилл широко раскрыл глаза, Джексон, казалось, перестал дышать.

— Я имею в виду, если бы Джеймс был девочкой, мы бы все давали ей унизительные клички, а так… бедный Джеймс, его обманул злой папа, — сказал мне Брайан.

Моя правая рука зачесалась от желания ударить его.

— Попробуй ещё раз что-нибудь сказать о нём…

— И что? Что ты сделаешь, Джун? — сказал он. — Амелия права. Джеймс всегда хочет быть жертвой, но…

Мозг мой затуманился, а гнев стал невыносимым. Я бросилась на Брайана с намерением заставить замолчать, хлопнув его по лицу.

— Джун, нет! — крикнул Джексон, мгновенно схватив меня за предплечья.

Уилл с удовлетворением наблюдал за происходящим, словно только этого и ждал — чтобы я поссорилась с Брайаном.

— А я ведь стараюсь вам помочь! — пожал плечами Брайан, выходя через входную дверь, наверное, разочарованный моей импульсивной реакцией.

Да, я была немного импульсивной, и теперь дрожала, как лист.

— Джун, ты что, с ума сошла? — упрекнул меня Джексон.

— Она сделала правильно, я бы сам его ударил, — добавил Уилл, поддерживая меня.

— Конечно, Уилл, конечно. Но давайте не будем терять время на эти глупости, — попытался нас успокоить блондин.

— Глупости? Брайан и Амелия не рассуждают. Их отец убил девушку, причём беременную, а он обвиняет Джеймса в шантаже невинных? Не могу в это поверить… — сказала я, устремив взгляд на Джексона, потерявшегося в своих мыслях. — Почему это не может быть правдой, Джексон? Ты же веришь, что Джеймс был ни при чём, да?

Но эти глаза цвета моря не успокаивали мою неуверенность.

— Слушай, я не знаю, какие у них были отношения, и шантажировал ли Остин Джеймса… — начал он.

— Нам нужно идти к Остину, — перебила я его, резко.

— Нет, ни в коем случае, — настаивал Джексон.

— Да, наоборот, — поддержал меня Уилл.

— Что-то здесь не сходится. Почему Джеймс подозревал, что Остин не убивал Худа в ту ночь? — задумалась я.

Уилл убрал с глаз небрежно падающий локон волос.

— Не знаю, это было его предчувствие.

— А ты, Уилл? Как думаешь?

— Я был уверен, что его действительно убили. Особенно после разговора с Остином… — Уилл замолчал, пожав плечами, и я с Джексоном уставились на него, окаменев от тишины.

— Уилл? — позвал Джексон, широко раскрыв глаза.

— Что ты ему сказал? — встревожилась я.

— Джеймс никогда бы не убил этого ублюдка, но Остин мог. Мне просто нужно было дать ему вескую причину для этого. Так что я сказал ему правду. Худ не был так уж честен с Остином. Спал с матерью Джеймса за его спиной. Отличный друг.

— И он… поверил тебе? — спросила я, дрожа.

— Судя по тому, что Остин сделал с ним потом, да, — сказал Уилл. В тот момент он не выдержал наших взглядов и сжал веки. — Остин пытал его, чтобы выведать правду.

— Чёрт, Уилл. И ты хотел держать это в секрете? — возмущалась я.

Тон Джексона отражал и моё возмущение.

— Да, потому что Джеймс не хотел, чтобы Остин узнал о предательствах матери. Остин оплачивал его реабилитацию, уход за Джаспером, школу Джеймса… И если бы между Худом и Остином вспыхнула война из-за матери Джеймса, пострадали бы только дети, — объяснил Уилл, пытаясь прояснить ситуацию.

— Боже мой, Уилл… как ты вообще мог жить спокойно, зная, что Остин мог убить человека из-за твоих слов? И при этом, даже зная, что Джеймс не хотел раскрывать Остину эти предательства, ты всё равно ему рассказал?