О, да. Помню, как у нас в средние века инквизиция «защищала мирных». Сколько женщин тогда замучили и казнили просто так. Но я молчу, и так слишком много болтаю. Киваю с умным видом и поддакиваю в нужных местах.

- Готово, - сообщает Фрида.

Придирчиво рассматриваю себя в зеркале. Ну что сказать? Желтый цвет платья – явно не мое. Кожа теперь приобрела оливковый оттенок, а синяки под глазами стали похожи на фингалы от драки, а не темные пятна недосыпа. Одна радость – волосы красиво уложены, туговато, правда, но красиво. Ворот под самое горло, едва не душит, рукава длинные. В общем, ни одного лишнего сантиметра не проглядывает. Экономка пытается натянуть на меня еще и шляпку, но тут я уже противлюсь.

- Нет уж, это оставь. И так голова болит! – Кидаю головной убор на постель. – Раз я уже готова, проводи меня к поверенному, будь добра.

- Конечно, госпожа, - экономка кивает и помогает мне в моем платье-дирижабле вылезти в коридор.

Пока мы идем, я осматриваюсь. Дом явно знавал лучшие времена. Пыльно, грязно, местами потерты ковры на полах, занавески висят унылыми тряпочками. Мы спускаемся по лестнице и останавливаемся возле двери. Фрида поднимает руку, чтобы постучать. Но я опережаю ее и распахиваю дверь. В конце концов, я у себя дома, с чего это мне стучать?

В комнате находятся двое мужчин. Один постарше – с седоватыми жидкими усами и козлиной бородкой. Второй – молодой, наглый, щеголевато и излишне ярко одетый. Одни только малиновые брюки чего стоят. Про канареечно-желтый жилет лучше помолчу. И вот эти два джентльмена спешно отходят друг от друга, когда я без стука заваливаюсь в комнату. Интересненько. О чем это они там шептались, пока я не слышала? Не нравится мне все это.

- Леди Алекса, - усатый церемонно кланяется, я в ответ делаю что-то типа полуприседа, виденного в одном из исторических фильмов, там он назывался книксен.

- Сестричка, - «братец» ломится в мою сторону, как стадо буйволов – быстро и неумолимо.

Хватает меня за талию, прижимает к себе и портит прическу всей пятерней, приговаривая при этом:

- Мне так жаль, дорогая, так жаль. Я знаю, что вы с отцом были очень близки. Ты, наверное, просто раздавлена.

- Так и есть, - отвечаю, отпихивая «яркого попугая» подальше от себя, чтобы его лапки перестали уродовать мою и без того не очень презентабельную внешность. – Я была просто вне себя. А ты опоздал с выражением соболезнования. Они были бы очень кстати на похоронах, на тех самых, на которые ты не явился.

Это я сказала просто так, от себя, но по изумлению на лице красавчика, поняла, что попала в точку, а также то, что произнесла что-то, чего прежняя хозяйка тела не сказала бы никогда. Упс. Тут может быть проблема. Надо исправлять. Срочно прижимаю пальцы к уголку глаза, типа вытираю слезинку и вздыхаю:

- Мне было так тяжело. И никого близкого рядом.

- Бедная сестричка, - этот петух опять хватает меня за талию и прижимает к себе, обдавая запахом пудры и едреного одеколона.

Не выдержав, чихаю. Громко и со вкусом. Братец тут же от меня отскакивает и испуганно спрашивает:

- Уж не заболела ли ты часом?

- Не знаю, - пожимаю поникшими плечами. – Возможно. Все эти душевные страдания запросто могли подкосить и мое здоровье.

Говорю и замечаю, какими многозначительными взглядами обмениваются родственничек и поверенный. Вот, гадкие гады! Точно что-то задумали на счет девчонки. Ничего, я теперь за нее. Повоюем!

- Но давайте не будем отвлекаться на мое здоровье, мы ведь тут собрались не для этого, - говорю, тяжко вздыхая. – Покончим с формальностями, и я пойду полежу, отдохну.

- Да-да, сестра. Тебе действительно нужно отдохнуть, выглядишь ты неважно, - кивает болванчиком братец-волчок, надумавший обмануть лисичку-сестричку.

- Ладно уж, раз все в сборе, приступим, - говорит поверенный, усаживаясь в кресло во главе стола. Мы с родственничком располагаемся напротив усача. – Не буду растягивать это не самое приятное мероприятие. Скажу только, что все движимое и недвижимое имущество, а также семейное имя, лорд Сайрус завещал своему пасынку господину Алесандро Драги. Своей единственной дочери покойный завещал только пустоши в районе города Саусвилл. От себя добавлю, что небольшой домик там тоже есть, то есть, в поле ночевать не придется…

- Можно мне прочесть завещание отца? – перебиваю поверенного.

У того даже пенсне падает с носа от неожиданности моей просьбы.

- Э-э… - он растеряно смотрит на моего братца.

- А почему вы смотрите на него? Это Я у вас спрашиваю. И думаю, что запретить мне ознакомиться с документами вы не можете никак, - снова обращаю на себя внимание усача, протягиваю руку.

Получаю бумажку и долго вглядываюсь в буквы.

- Зачем тебе все это, миленькая? – влезает братец. – Ты же тут ни слова не понимаешь. Все эти юридические термины…

- Я просто хочу знать, за что отец со мной так! – выдаю именно ту версию, которая всех устроит, сама же продолжаю читать.