- Да. Я придумала кое-что поинтереснее. Мне наконец-то привезли из Бразилии одну очень забавную штучку. Вуду – это сильная магия, ее с бухты-барахты практиковать нельзя, но… для тебя – сделаю исключение. Даже, если что-то пойдет не так… спишем на сопутствующий ущерб.

И тут мне становится как-то не по себе. Одно дело – умереть от рук бандитов. Почти героическая смерть. И другое дело – от каких-то странных экспериментов туповатой девицы, возомнившей себя ведьмой.

- Я предпочту бетон, - сообщаю Жанне-Марии.

- А никто не спрашивает о твоих предпочтениях. Это мой дом и только мои желания имеют значение. А на данный момент, я хочу проверить артефакт. Ребятки, уложите женщину вот тут на столе и хорошенько привяжите ей руки-ноги. Мы же не хотим, чтобы она сбежала?

- Эй, я не давала разрешения пускать меня на опыты! – пытаюсь вырваться, но разве это возможно, когда тебя держат два зуболома. Я даже шевельнуться не могу, не то, чтобы вырваться.

Меня укладывают на стол, быстренько привязывают к уже заготовленным колышкам. Мнимая ведьма без лишних предисловий задирает на мне блузку, оголяя живот. Потом зажигает свечи и что-то бормочет.

- Напрасно стараешься, - говорю ей. – Нет в тебе никаких сил. И вообще, наш мир…

Договорить я не успеваю, потому что мне на живот кладут ледяную фигурку змеи. Снова бормотание, и мне начинает казаться, что змея разворачивает свои кольца и ползет выше, к солнечному сплетению.

- Слушай, заканчивай уже этот цирк, - вырываюсь, веревкой растирая руки до крови. – Не сработает все это.

- Уже работает, - злорадно усмехается ведьма, а ее глаза загораются зеленым светом.

Именно в этот момент змея поднимает голову и кусает меня слева, в область сердца. Я даже пискнуть не успеваю. Все тело немеет, меня охватывает полнейшее безразличие, закрываю глаза и откидываю голову на стол. Будь, что будет.

Видимо только ядом змеи и можно объяснить то, что начинает происходить дальше.

- Госпожа! Госпожа Алекса! Госпожа!

Нехотя открываю глаза, ощущая себя так, словно пила всю ночь что-то очень крепкое. А потом танцевала на столе. До утра. Иначе почему у меня головокружения, мышечная боль во всем теле и… галлюцинации??

Сажусь на кровати, дико озираясь. Кровать с балдахином! Нет. Не так. С БАЛДАХИНОМ! Где я?? С грохотом падаю с кровати, больно ушибив локоть.

- Да чтоб вас всех об стенку…

- Госпожа? - в женском голосе слышен почти священный ужас.

- Минуточку. Госпожа временно недоступна, - говорю из-под кровати, делая попытки подняться, несмотря на усиливающиеся головокружения.

- Там поверенный вашего батюшки пришел. Сказал, что долго ждать не будет. Дела у него. Надо бы выйти.

- Зачем? – спрашиваю откуда-то из-под ковра, все еще не прекращая попыток встать. Хотя бы на четвереньки.

- Как зачем?? Он завещание должен огласить.

О! Завещание – это интересно. Надо бы встать.

После четвертой попытки у меня получается принять позу собачки. Какое-то время стою так, слегка раскачиваясь. Перед глазами все плывет, жутко мутит, ручки-ножки трясутся.

- Госпожа?? – женский голос звучит на грани ультразвука, уверена, еще немного и у меня от него лопнут барабанные перепонки.

- Вместо того, чтобы вопить, вы бы лучше помогли подняться. Я что-то неважно себя чувствую, - произношу заплетающимся языком заправской алкоголички.

- Госпожа?? Вы пили??

О! Кажется, не меня одну посетили подобные мысли.

- Что за дикий вопрос? – старательно выговариваю буквы. – Конечно, нет!

С превеликим трудом, но мне удается принять вертикальное положение, чтобы тут же чуть не упасть, потому что стою как раз напротив зеркала и… отражаюсь в нем совсем не я!

- Кто это? – спрашиваю у женщины в чепце, глаза которой, кажется, сейчас выпадут на щеки.

- Госпожа? Это же вы… вы себя не узнаете??

Хорошенький вопрос. Конечно, не узнаю. В зеркале отражается забитого вида девушка, лет двадцати пяти, может, чуть старше. Рыжие волосы торчат во все стороны, кожа бледная, почти синюшная, огромные синяки под глазами. Жуть, короче. И ничего общего со мной – спортивного вида крашеной блондинкой за пятьдесят.

Опустив взгляд вниз, замечаю торчащие из-под мятого платья тонкие щиколотки и бледные ступни. И бутылку. Пустую. Из-под вина, или вроде того. Блин! Таки пила девчонка. Интересно, что за жизнь у нее такая, если она в столь юном возрасте так закладывает?

Подхожу к зеркалу и что-то там поправляю, ногой отпихивая бутылку под кровать. И одновременно разговаривая, чтобы дамочка, разбудившая меня, не услышала звон стекла.

- Так кто вы говорите меня ждет?

- Поверенный. Ваш батюшка скончался неделю как. Сегодня будут оглашать его последнюю волю. В связи с этим, вы и ваш сводный брат обязаны присутствовать.

- Сводный брат? – уточняю зачем-то, хотя мне вообще не интересно. Меня больше волнует факт того, что я в чужом теле и в каком-то странном доме. Да и женщина в чепце напрягает. Я таких прежде только в музеях на картинах и видела.