Уж если довольно сильная для подростка ведьма в лице нашей Эллы не сможет дотянуться, то я и подавно. Конечно, когда сестра станет старше, ее магия вполне имеет шанс развиться до такой степени, что Элла с легкостью переплюнет отца. 

Кстати! 

Оборачиваюсь и с надеждой смотрю на дверь отцовского кабинета. Мне ведь необязательно идти за котом и ковриком самой. Отец, конечно, будет очень разозлен, но он не откажет в помощи...

- Кесси, только не говори родителям, пожалуйста, - в один голос просят сестры. 

Они что, прочитали мои мысли? 

- Нас и так наказали, - жалобно говорит Эмма. - А матушка к тому же почему-то очень не любит моего Яника. 

Интересно, почему. Не потому ли, что этот котенок за короткий срок разодрал почти весь ведьминский гардероб моей мачехи? 

- Отец крайне не одобряет любые мои магические эксперименты, - вторит Элла. - Он тут же конфискует мой коврик! И мне будет нечем заняться! 

Ага, не одобряет. Оплатив ещё несколько довольно внушительных счетов у целителей, он скоро перестанет одобрять любую магию в принципе. 

- Эмма, попробуй мысленно связаться с Драньтаньяном и узнать, сможет ли он слезть самостоятельно! - пытаюсь лихорадочно сообразить, как выйти из этой ситуации, не прибегая к общению с жутким соседом. 

- Кесси, - вкрадчиво произносит Элла, пока Эмма закрывает глаза и подносит пальцы к вискам, пытаясь установить контакт со своим фамильяром. - Мы пострадали из-за того, что заступились за тебя. Имей это в виду. 

Элла больше похожа на свою мать характером. Порой она такая же щётка, как и та. 

В отличие от более мягкой Эммы. 

***

Котята у сестер очень молодые, Поэтому и мыслесвязь с ними пока не настолько сильна. 

Маркиза намного старше, чем ее братья. 

Да и в целом мыслеречь это очень редкое явление. Ведьме нужно провести годы рядом со своим фамильяром, прежде чем они начнут обмениваться мыслями и образами осознанно, а не хаотично. 

Фамильяр всегда сам выбирает себе ведьму, а не наоборот. И сам же наращивает с ней магическую связь. 

Эти котята однажды приехали в наше королевство именно за тем, чтобы найти своих ведьм. 

Маркизе, кстати, никто не предлагал это путешествие. Но, как она сама признавалась, что-то заставило ее напроситься, словно толкнув под лапку. При этом о поиске ведьмы она даже не думала. Возможно, ей просто хотелось приключений. Но что-то вело ее, тянуло именно сюда. "Не иначе, как нить судьбы", - заявила мне кошка будничным тоном, когда мы с ней обсуждали всё это. 

Именно в тот момент, в нашу первую встречу, когда Маркиза кричала: "Это моя ведьма! Я ее заняла!" и карабкалась по мне, теряя по дороге свою шляпку, которая ей необычайно дорога́, я впервые поверила в себя. Осознала, что я ведьма. Самая настоящая. Настолько, что меня выбрал фамильяр. Несмотря на странный дар и слабую прикладную магию, которой я едва владею. 

- Кесси, - плачет Эмма, которая, видимо, каким-то образом всё-таки смогла поймать эмоции своего фамильяра. - Яник еле держится. Он очень напуган. Он боится высоты. 

- У вас ещё осталось то зелье, которым мазали лапы Маркизы? - в моей голове наконец-то возникает четкий план, как снять кота, не прибегая к помощи родителей и разговору с соседом. - Я сама достану Яника. 

- И коврик, - деловито напоминает Элла. 

2.6.

- И почему я сама не догадалась испытать зелье на обуви? - Элла заклинанием вызывает поток горячего воздуха, мгновенно высушивая мои старые домашние тапки, которые мы втроём побултыхали в вёдерке с остатками зелья. -  Это же такая интересная идея! Где-то у нас были туфли Эммы?  

- На своих туфлях испытывай! 

Сначала сестры предлагали намочить зельем нашу метлу и полететь на ней. Ага, а потом придется покупать новую! Взамен заколдованной, которой уже нельзя будет пользоваться в хозяйстве. Вот отец обрадуется. 

Я уже не слушаю, что отвечает Элле Эмма. У сестер очередная ссора на ровном месте. 

Подхожу к окну. Собравшись с духом и придерживаясь на всякий случай за подоконник, обуваю свои летные тапочки. 

- Ого! Работает! - сестры мигом отвлекаются от завязавшегося было нового спора. 

Да, зелье действительно работает. Я не просто левитирую. Поймав баланс и найдя точку равновесия, пробую шагать по воздуху. И у меня получается! Правда, делаю это очень осторожно. Но если дома все вышло нормально, то и на улице будет также. 

- Ну и ну... - в один голос произносят сестры, наблюдая, как я словно по невидимой лестнице поднимаюсь к нашему довольно высокому подоконнику, перешагиваю его и спокойно выхожу наружу. 

Медленно, но верно направляюсь в сторону крыши соседа, чувствуя себя по меньшей мере канатоходцем.  

Да, рискованно. Но неясное предчувствие зреет внутри и будто твердит: "Нельзя, чтобы сосед увидел тебя на своем участке, и ни в коем случае не надо заговаривать с ним". И ещё что-то непонятное поднимается внутри.