— Мы? Вместе? — уточняю я, но при этом вообще не понимаю, что это за программа такая.

— Всё верно, — кивает ректор. — А ты, Аид, ещё отвечаешь и за Еву. Она первокурсница, поэтому полная ответственность будет на тебе.

Аид молчит, лишь желваки на скулах ходуном ходят. Довольно хмыкнув, ректор уходит. Я провожаю его взглядом, пытаясь переварить услышанное.

— Это ты всё устроил? — шиплю я, повернувшись к Аиду.

— Нет. Это ректор.

— Не смеши меня. Что за бред с благотворительностью?

— Опять программу не прочитала? В ней указано, что каждый студент может участвовать в Месяце благотворительности. Так вот, в наказание ректор нас туда записал. Вдвоём.

— И ты просто согласился?

— А что мне оставалось делать? — в его голосе слышно раздражение.

— Ничего нового! Сказать, что это твоя академия и здесь ты всё решаешь. Или не всё? — я выделяю последние слова, вложив в них всю свою едкость.

Он игнорирует мой сарказм.

— Завтра после пар жду тебя на парковке.

— Мы вместе поедем?

— Да.

— Просто отлично, — выдохнула я.

— Сам не в восторге.

— Ты специально всем объявил, что я твоя прислуга, — осеняет меня, — чтобы никто не догадался, что ты облажался со мной и ректором. И теперь отбываешь наказание.

— Ты завтра, когда в машину будешь садиться, корону на голове придерживай. А то свалится ненароком от твоих фантазий.

Я улыбаюсь. По-настоящему. Впервые за весь этот кошмарный день.

Я приближаюсь к нему ближе и понижаю голос до шёпота: — Хотя бы сам себе признайся, что тебя, самого Аида, короля Преисподней, обвела вокруг пальца нищая сиротка.

Он замирает. На секунду я вижу в его глазах что-то, похожее на изумление. А потом его лицо каменеет.

— Тебе не кажется, что у тебя слишком длинный язык? И пора бы его укоротить?

— Не кажется!

В этот момент в кармане моего пиджака начинает вибрировать мобильный. Не отрывая взгляда от Аида, я машинально достаю его.

— Тогда прикуси его! — отвечает он и переводит взгляд на вибрирующий телефон в моей зажатой ладони. На экране высвечивается «Шумахер».

— Мне нужно ответить. Это мой… парень звонит.

Глава 12. Ева

После последней пары я буквально срываюсь с места, едва дождавшись, когда прозвенит звонок. В аудитории ещё стоит гул голосов, а я уже хватаю рюкзак и, лавируя между студентами, вылетаю в коридор.

— Ты куда так спешишь? — спрашивает Агата, подстраиваясь под мой шаг.

— После пар я еду в детдом, — выдыхаю я на ходу, не сбавляя темпа.

— Зачем?

— Я участвую в месяце благотворительности.

— А мне чего не сказала? Я бы с тобой записалась.

— Я не записывалась. Ректор нас записал в наказание.

— Нас?

— С Аидом.

— Чего? — она хватает меня за локоть и резко останавливает. — Кантер согласился участвовать?

— У него не было выбора, как и у меня. Об этом нам сообщил лично ректор.

Агата оглядывается по сторонам, будто проверяет, не подслушивает ли кто, и понижает голос до шёпота:

— Ты в курсе, что ректор близкий друг их семьи? Он на многое закрывает глаза и многое позволяет Аиду. Говорят, в семье Кантеров произошла какая-то семейная драма, с которой старший сын до сих пор не может смириться.

— Откуда ты это знаешь?

— Клим как-то проболтался, — пожимает она плечами. — Так что, возможно, это всё уловки Аида. Он мог специально попросить ректора вас двоих отправить. Будь с ним аккуратнее, слышишь?

— Да.

— Если что, сразу звони мне. Я подниму на уши весь кампус.

— Ректор его при мне предупредил, что он за меня отвечает, — добавляю я, пытаясь успокоить и её, и себя. — Сказал, что если со мной что-то случится, Аид будет лично отвечать перед ним.

— И ты думаешь, что он его послушает? — Агата фыркает, закатывая глаза. — Он никого не боится, Ева. Он никому не спускает дерзости и неподчинения. А ты у него как заноза в заднице.

— Ну спасибо, — смеюсь я, хотя смех выходит натянутым. — Ещё никто меня так не называл.

— Ева, я серьёзно! — она хватает меня за плечи, заставляя посмотреть ей в глаза. — Он с лёгкостью оставил тебя ночью в лесу, а сейчас ты с ним уезжаешь за территорию кампуса. Ты понимаешь, что это значит? Он может сделать всё что угодно, и никто ему ничего не скажет.

— Я не думаю, что он способен на убийство, — усмехаюсь я.

— Я тоже так не думаю, а вот сломать тебя морально он может.

— Не переживай. У меня есть на него рычаги давления, — подмигиваю подруге.

Агата лишь неодобрительно качает головой и тяжело вздыхает, отпуская мои плечи.

В комнате я решаю никуда не торопиться. Пусть едет без меня, а я поеду на такси. Скидываю надоевшую университетскую форму. Натягиваю любимые узкие синие джинсы, белую футболку и сверху накидываю бежевый бомбер. Распущенные волосы собираю в высокий хвост. Вынимаю из рюкзака ноутбук и не спеша направляюсь к парковке.