Но затем Гэвин развернулся, не говоря ни слова, и зашагал через портал, пока от него не осталось лишь вспышки молний, созданной им в вихре.

— Наша очередь, Соф, — сказал Бастиан, его голос был слегка приглушен противогазом. Он потянул меня вперед хваткой за руку, тоже приближаясь к порталу. — Когда доберешься до другой стороны, постарайся игнорировать то, что видишь, и сосредоточься только на том, что чувствуешь. Мы не сможем покинуть первый уровень, пока ты не определишь, где находится Тейн.

— Никакого давления, — сказала я.

Бастиан сжал мою руку, и Эш зашагал с другой стороны.

— Бери столько времени, сколько нужно, — прогудел огромный вампир, и невысказанная угроза в его голосе уничтожить любых оборотней, кроме Бастиана, которые подойдут ко мне близко, звучала громко и ясно.

Крошечные молнии выстрелили из вихря, когда мы приблизились, цепляясь за различные части наших тел. Они покалывали, но не жгли, как я ожидала. В прошлый раз, когда я проходила через портал, у меня не было особой возможности разобрать по частям этот опыт. Меня практически швырнули через портал, пока мы спасались бегством.

— Выдохни, — сказал Бастиан, замирая на пороге и глядя на меня. — Вытолкни как можно больше воздуха из легких.

Страх делал мои вдохи поверхностными, и я выпустила быстрый клуб воздуха, который затуманил нижнюю половину маски. В тот же момент Бастиан потянул меня вперед, и тьма поглотила меня целиком.

Глава 45

Время остановилось, пока мы парили в том пограничном пространстве, сразу везде и нигде.

А затем мы прошли, шагая обратно в реальность, и я втянула воздух. Шипящий серый туман заволок ближайшее пространство, ограничивая видимость парой футов в любом направлении. Я могла видеть Бастиана и Эша по обе стороны от меня, и это было почти все. Мужчины и женщины кричали вокруг нас, визжали и вопили, и все между этим, и мой разум заполнял слепые пятна всевозможными ужасами. Я не знала, что было бы тревожнее — видеть это или нет.

Тень вынырнула в поле зрения — паникующий оборотень, хнычущий и неистовый, хлопающий себя по телу, будто он был объят невидимым пламенем, и я прижалась ближе к Бастиану. Я заметила чистый ужас в расширенных глазах врага-оборотня, прежде чем Эш перехватил его, схватив за голову и свернув шею. Рана не убьет другого бессмертного, но он будет без сознания какое-то время. Учитывая, как испуганно выглядел оборотень мгновение назад, я подумала, что действия Эша, возможно, были милосердием.

— Что с ним было не так? — спросила я, глядя, как тело оборотня обмякло на полу.

Бастиан обвил рукой мою талию, держа близко.

— Газ погружает бессмертных в кошмар наяву, — объяснил он.

Я огляделась, тщетно пытаясь видеть сквозь густой, светящийся туман. Хрипы и вздохи смешивались с испуганными звуками, вероятно, Гэвин и остальные вампиры расправлялись с оборотнями более окончательно. Они убивали их? Вырезали сердца или просто перерезали горла и ломали шеи — раны, от которых оборотни в конце концов оправятся?

Я надеялась на последнее. Да, они держали наших людей в плену — Ксавьера, Тейна и других королев, — но не по своей воле. Они действовали по приказу короля Вериса, и я не хотела обрекать этих людей на смерть просто потому, что они выполняли приказы. В конце концов, Бастиан выполнял приказы, когда шпионил за мной месяцами, а теперь я любила его, беззаветно и полностью.

— Сосредоточься, Софи, — сказал Бастиан, его голос был твердым, но нежным. Он переместил руку выше, обвивая ее вокруг моих плеч. — Не беспокойся о них. Игнорируй то, что происходит там. Где Ксавьер? Где Тейн?

Я кивнула, отталкивая противоречивые эмоции и делая глубокий вдох, чтобы успокоиться. Я закрыла глаза и сосредоточилась на блокировке тревожных звуков, фокусируясь на ощущении руки Бастиана вокруг меня и весе присутствия Эша с другой стороны. Я чувствовала Гэвина рядом тоже. Через нашу связь он ощущался холодным и расчетливым, таким отличным от страстного мужчины, с которым я так сблизилась за последние два дня.

Я напрягла чувства, сосредотачиваясь на том, что могла чувствовать дальше, за туманом. Это было трудно с Бастианом, Эшем и Гэвином рядом, как будто их более сильные связи перекрывали те, что были слабее и дальше. Но если я смотрела мимо них, если я расширяла восприятие, я могла чувствовать что-то.

Рука Бастиана упала, пока я медленно поворачивалась на месте, выравнивая себя с тем, что улавливала. Я чувствовала безнадежность. Это было как мерцание в темноте, но оно росло, пока я сосредотачивалась на нем, превращаясь в глубокое, удушающее отчаяние. Я не могла сказать, исходило ли оно от Ксавьера или от Тейна — или от обоих. Я даже не была уверена, смогу ли чувствовать эмоции Тейна, поскольку мы не делили настоящую кровную связь. Как бы то ни было, если они оба были там внизу, они были слишком близко друг к другу, чтобы различить.

— Там, — сказала я, указывая на пол перед собой, не имея понятия, в какую сторону я повернута. — Они там внизу.

Бастиан кивнул.