— Соф, — сказал Уэс, его голос был мягким. — Это то, что ты есть. — Его пальцы обвились вокруг моих запястий, и он отнял мои руки от лица. — Это не то, чего нужно стыдиться. Я не злюсь и ничего такого, если ты об этом беспокоишься. Ты угасала — умирала — годами, но теперь, когда у тебя есть то, что нужно, ты будто более живая, чем когда-либо. Как я могу быть против? — После мгновенного колебания он добавил: — Я просто хотел бы, чтобы был способ и мне быть частью этого.

Мой румянец вспыхнул жарче от этой мысли, и я мечтала, чтобы он не держал мои запястья и я могла снова спрятаться.

— Я тоже, — прошептала я, сердце колотилось. Уэс технически был бессмертным теперь, полагаю, но у него не было физического тела, а значит, не было крови, которая мне нужна. Как бы я ни хотела его в своем гареме, это было невозможно.

Со вздохом Уэс отпустил мои запястья и обвил руками меня, притягивая в одно из своих фирменных медвежьих объятий. Его прикосновение было заряженным, будто слабый ток пробегал через него, но это не было неприятно. Он поцеловал меня в макушку, потом прижался к ней щекой. — Пойдем посмотрим на нашего мальчика, — выдохнул он.

На глаза навернулись слезы. Наш мальчик. Эти слова, произнесенные его голосом, были достаточны, чтобы полностью меня разрушить. Я кивнула, все еще обернутая в его объятия.

Уэс отстранился, отпуская меня, и снова взял мою руку. Позади него Амая изобразила поцелуй с тыльной стороной ладони. Я закатила глаза, и она хихикнула. А затем, в мгновение, исчезла.

Я шмыгнула носом и промокнула глаза. Мы с Уэсом прошли остаток пути в молчании, и когда достигли фойе, я отпустила его руку.

— Дай мне сначала поговорить с ним, — сказала я, голос был тихим. — Не хочу устроить ему сердечный приступ.

— Конечно, — сказал Уэс, оставаясь позади, хотя в этом не было необходимости. Мика не смог бы увидеть Уэса, если бы я его не касалась.

Я остановилась в нескольких шагах от двери в лазарет, глубоко вдохнула, затем продолжила.

Мика полулежал на своей койке, а Грета, вампирша-целительница, стояла у его постели, измеряя кровяное давление.

— Софи, — сказал Мика, глянув на вампиршу рядом с ним, потом снова сосредотачиваясь на мне. — Я не умер. — Его губы изогнулись в той мальчишеской ухмылке, которую он унаследовал от Уэса. — Я думал, мне точно конец, но…

Облегчение нахлынуло на меня, и я дрожаще улыбнулась, на глаза снова навернулись слезы.

— Нет, ты не умер, — согласилась я. — Как он? — спросила я Грету.

Она сняла манжету для измерения давления с треском липучки, ее губы изогнулись в теплой улыбке.

— Его жизненные показатели отличные, — сказала она. — Еще несколько дней отдыха, и он будет как новенький. — Она положила манжету на столешницу, затем направилась к двери. — Я оставлю вас на минутку.

Я кивнула Грете, когда она проходила, затем приблизилась к постели Мики, колеблясь лишь мгновение, прежде чем взять его руку в обе свои.

— Я так, так рада, что ты в порядке, — сказала я ему.

— Я тоже, — сказал он.

— Мика, — начала я, слова застревали в горле. — Есть кое-кто, с кем я хотела бы тебя познакомить.

— О, да? — Мика оглядел комнату, несмотря на то что, казалось, в ней были только мы вдвоем.

Я кивнула и встретила его полный доверия взгляд.

— Помнишь, когда мы были в лифте, спускаясь в тот подвал, и я увидела свою сестру?

— Призрака? — уточнил он.

Я кивнула, облизывая губы.

— Ну, оказалось, она не единственный призрак, который ошивался рядом со мной.

Брови Мики поползли вверх.

— О?

— То, эм, фото, которое ты нашел в моем бумажнике… — Голос сорвался.

— Где ты и твой парень, когда вы были подростками?

Я кивнула.

— Где я и твой отец, — сказала я. — Его зовут Уэс. — Я глянула в сторону двери, когда Уэс вошел в комнату. — И он здесь, — добавила я, протягивая руку, чтобы Уэс взял ее.

— Охренеть! — воскликнул Мика в тот момент, когда рука Уэса коснулась моей. Мика сдвинулся на своей кровати, чтобы сесть прямее. — Охренеть, — повторил он, глядя на Уэса, который теперь стоял рядом со мной, держа мою руку.

— Я наблюдал за тобой, — сказал Уэс, потом поморщился. — В моей голове это звучало куда менее жутко.

Я сжала его пальцы и ободряюще кивнула с улыбкой.

Уэс прочистил горло.

— Что я имел в виду: я был там, когда ты родился, и присматривал за тобой, пока ты рос. Убедился, что Митчелы хорошо к тебе относятся.

— Они хорошо ко мне относились, — сказал Мика. — И относятся.

Уэс кивнул.

— Я знаю. — Его губы изогнулись в дрожащей улыбке. — И я… мы так рады, что у тебя отличная семья. — Подбородок Уэса задрожал, самообладание треснуло. — Если бы все сложилось иначе, если бы я не был таким глупым и не дал себя убить, думаю, мы тоже могли бы быть отличной семьей, но… — Уэс склонил голову, задыхаясь на словах. Плечи затряслись от беззвучных рыданий.

Я сжала его руку крепче, но внимание держала на Мике, который выглядел немногим лучше Уэса, слезы ручьем текли по щекам.

— Мы никогда тебя не оставляли, — сказала я, голос был густым. — Мы не могли заботиться о тебе, но любили тебя, как могли, учитывая обстоятельства. — Я скривила лицо и сделала дрожащий вдох. — Надеюсь, ты это знаешь.