— Не будь дурой, Соф. — Глубокий голос прокатился по комнате.

Я подскочила в кресле, сердце внезапно забилось вдвое быстрее. Этот голос — я знала этот голос, и это точно был не Бастиан в фойе.

Мерцающий туман появился по другую сторону койки Мики. Он медленно сгустился в туманную радужную фигуру мужчины, приобретая все больше определенности и узнаваемых черт с каждым неистовым ударом моего сердца.

Я встала, отпуская руку Мики.

— Уэс? — выдохнула я, мое сердце застряло в горле.

Глава 36

Теперь его было легко узнать: он выглядел так же, как в день своей смерти, вплоть до джинсов и фланелевой рубашки на пуговицах, если не считать его опалесцирующей прозрачности. Проблеск улыбки коснулся его красивых, эфемерных черт.

— Я ждал, когда ты покинешь защищенную зону, но не хотел тебя пугать, — сказал Уэс, и его голос звучал уже меньше как эхо, поскольку он принял видимую форму.

У меня было его фото в бумажнике и воспоминания, конечно, но они со временем поблекли, и мой мысленный образ Уэса давно расплылся по краям. Но увидев его сейчас, не старше восемнадцати, я заставила каждое воспоминание и деталь вернуться в резкий, четкий фокус. Я покачала головой, совершенно не находя слов. Может, мне и следовало ожидать встречи с ним здесь, особенно после его краткого появления в моем кабинете на днях, но я не ожидала. Та часть меня, что была отсюда, что принадлежала этому месту, ощущалась совершенно отдельной от той части, что жила в человеческом мире с Уэсом.

— Ох, Соф, — сказал Уэс, его губы дрогнули в намеке на улыбку. — Ты выглядишь так, будто увидела призрака.

Я издала слабый смешок и прикрыла рот ладонью.

Его выражение стало серьезным.

— Я никогда тебя не оставлял, знаешь, — сказал он. — После того, как это случилось, я последовал за тобой в больницу. Ты никогда не была одна.

Глаза защипало от навернувшихся слез, и я шмыгнула носом. Я снова покачала головой, челюсть работала, пока я искала слова.

— Хотела бы я иметь возможность тебя видеть, — сказала я, наконец опуская руку.

Уэс улыбнулся той нерешительной ухмылкой, что украла мое сердце все эти годы назад, смягчая его облик большого крутого парня.

— Твоя сестра все мне объяснила — что ты такое и почему не могла меня видеть, хотя должна была бы.

— Амая?

— О да, — сказал он, тихо смеясь. — Она где-то здесь. Мы практически лучшие подруги. Ее слова, не мои.

Я фыркнула от веселья, представляя их двоих, гуляющих вместе, как мастиф в компании чихуахуа.

— Вы с Амаей друзья?

— Это странно, я знаю, — сказал Уэс. Его внимание сместилось мимо меня. — У тебя много новых друзей.

Я повернула голову, оглядываясь через плечо и видя Бастиана, стоящего в дверном проеме. Я чувствовала его замешательство. Он, вероятно, гадал, с кем, черт возьми, я сейчас разговариваю. Я одарила его напряженной улыбкой, и он кивнул один раз, прежде чем отступить.

Я повернулась обратно к Уэсу, гадая, сколько он знает о моих отношениях с Бастианом и остальными.

— Не знаю, что сказать, — призналась я.

Губы Уэса изогнулись.

— Тебе не нужно ничего говорить, — сказал он, обходя изножье койки Мики плавными, скользящими шагами. — Я просто хотел, чтобы ты знала, что я здесь. — Его улыбка стала кривоватой. — О, и чтобы сказать тебе перестать быть дурой.

Я слабо фыркнула.

— Спасибо.

Он остановился на расстоянии вытянутой руки, и я посмотрела вверх на его душераздирающе знакомые черты. Он всегда был крупным для своего возраста. Именно поэтому другие парни оставляли меня в покое, когда он предупреждал их держаться подальше. Но почему-то я предполагала, что преувеличила его в своей голове, сделав его более величественным, чем в реальности. Он не был Эшем, но рядом с Бастианом и Гэвином не выглядел бы неуместно.

Уэс потянулся ко мне, поднимая призрачную руку к моему лицу, и я приготовилась к новой сердечной боли от того, что его пальцы пройдут сквозь меня.

Я втянула воздух, когда его прохладные кончики пальцев коснулись моей кожи. Слабое покалывание защекотало нервные окончания, будто нежный электрический ток заряжал его призрачную форму. Наши глаза расширились, наши лица отражали одинаковый шок.

— Я могу тебя касаться? — спросил он, явно сам не веря.

— Я… — Я издала звук, наполовину смех, наполовину плач. Слезы полились через край век, стекая по щекам. — Я не знала, — сказала я, слова были дрожащими и слабыми. — Кажется, я вообще ничего ни о чем не знаю.

Внезапно руки Уэса обвились вокруг меня, и я упала в его объятие. Рваные рыдания сотрясали тело, пальцы вцепились в спину его рубашки.

— Святое дерьмо, — сказал Бастиан. — Это призрак?

Я шмыгнула носом и отстранилась достаточно, чтобы увидеть Бастиана, снова стоящего в дверном проеме. По-видимому, мое прикосновение делало Уэса видимым для других.