Мария достает из сумочки огромный, богато украшенный железный ключ и протягивает его мне. Он холодный, и меня пробирает дрожь.

— Кроме того, сейчас здесь живёт ещё одна жительница, — продолжает Мария. — Общество предоставляет ведьмам кров, когда им не везёт. Она остановилась в лунной комнате.

Я не знаю, что такое лунная комната, но слишком устала и перегружена информацией, чтобы спрашивать сейчас.

— Отлично, хорошо. Тогда увидимся завтра.

Мария кивает и направляется к своему внедорожнику, махая мне на прощание. Легкий ветерок шелестит в лесу, разнося аромат цветущих растений. Я слышу скрип флюгера над головой и обнимаю себя руками. Как так получилось, что в моей жизни всё так быстро вышло из-под контроля?

Вздохнув, я поворачиваюсь и смотрю на огромную входную дверь. Она выкрашена в бордовый цвет, что резко контрастирует с серым оттенком остального дома. Вставив ключ в замок, который с трудом удалось открыть, я всматриваюсь в зияющее пространство за дверью.

Дом сверкает странным золотистым светом, который, как я понимаю мгновение спустя, всего лишь игра солнца и пылинок. Большое витражное окно, которое я не заметила снаружи, пропускает немного света. В середине крыши, на высоте трех этажей, есть еще и световой люк. Мне не нравятся темные старые дома, так что от этого мне становится легче.

В дальнем конце двухэтажного фойе, которое на самом деле больше похоже на широкий холл, деревянная лестница изгибается вверх и ведет на второй этаж. Перила из красного дерева блестят. Я вижу, что она продолжается до третьего этажа, возможно, до чердака? Снаружи казалось, что третий этаж намного меньше.

Я прохожу дальше и вижу огромную столовую с камином слева и гостиную справа. Еще дальше — парадную комнату с гигантской арфой, а за ней — кухню, которая выглядит так, будто ее переместили прямо из Тосканы: яркая плитка, огромная каменная печь и все такое.

Внизу есть и другие комнаты, но я оставляю их для дальнейшего осмотра и поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Полированные деревянные стены украшены картинами, большинство из которых изображают загадочных женщин, природу или луну.

И, естественно, несколько воронов. Словно притягиваемая магнитом, я обхожу прямоугольный коридор с перилами внутри, который открыт на первый этаж. Я прохожу мимо четырех спален, прежде чем остановиться у пятой. Дверь открыта, и я вхожу внутрь.

Это комната Сибил, в этом я не сомневаюсь. Кровать с балдахином застелена бирюзовым одеялом, ее любимым цветом, а на комоде стоит ваза с подсолнухами, тоже ее любимыми цветами. Но дело не только в этом. Я чувствую ее присутствие здесь.

Пересекаю комнату, подхожу к креслу из шафранового атласа и сажусь в него. Мой взгляд скользит по пространству, по каждой книге и безделушке. На подлокотнике кресла замечаю плюшевый плед, который я кладу себе на колени.

А потом меня настигает усталость.

* * *

Когда я просыпаюсь, сквозь окно льется лунный свет. Я мгновенно понимаю, что не одна. Все мое тело напрягается, и мой взгляд падает на высокую тень в дверном проеме комнаты Сибил.

— Мне очень жаль!

Женщина выходит на свет. Она выглядит немного моложе тридцати пяти лет, у неё длинные, огненно-рыжие волосы и странные фиолетовые глаза, которые горят в тусклом свете. Из чего-то в её руках поднимается дым.

— Я не хотела вас будить. Но у меня есть чай, если хотите. — она улыбается и делает несколько неуверенных шагов вперёд, протягивая дымящуюся кружку.

Я протягиваю руку и беру ее.

— Большое спасибо. Меня зовут Роуэн.

— Меня зовут Лаванда, — говорит она. — Сокращенно Вен. Мария сказала вам, что я здесь живу?

— Да. — я качаю головой. — Извини, что не подошла представиться перед тем, как уснуть. Я была ужасно уставшей после перелета, а потом… ну, Мария рассказала мне кое-что, о чем я не знала. Просто нужно было все это осмыслить.

— О том, что мы все ведьмы?

Я на мгновение напрягаюсь, затем киваю и делаю глоток чая. Мятный и ромашковый.

— Эм, да. Это то, что нужно.

Вен садится на край кровати Сибил.

— Да. Наверняка это показалось какой-то невероятной чушью, которую слышишь сразу после выхода из самолета. — она хихикает.

Ее смех заразителен, и я невольно его подхватываю.

— Можешь повторить еще раз. — я делаю еще один глоток чая.

— Сибил так много о тебе рассказывала, — улыбается Вен. — Мне кажется, мы уже друзья.

Я киваю, не зная, что сказать, поскольку не могу ответить взаимностью, ведь я никогда раньше о ней не слышала. Горе снова пронзает меня. К счастью, Вен продолжает говорить почти без перерыва.

— Я всегда буду в долгу перед Сибил. Раньше я состояла в плохом ковене и в плохих отношениях. Она приютила меня, предложила защиту. — на мгновение в ее глазах появляется отрешенный взгляд, словно она погружена в воспоминания. — Я знаю, что ты сейчас переживаешь трудный период и помогу тебе всем, чем смогу. Любой родственник Сибил мне дорог.

— Спасибо, Вен, — говорю я с улыбкой.