Собрав волю в кулак, я подалась вперед, к стене, и снова схватилась за трубу. Хотя от резких движений и соскользнула на несколько футов вниз.

Вцепившись покрепче, я сумела остановиться и зажмурилась, думая о грозившей мне гибели, которая каким-то образом прошла мимо.

Открыв глаза, я осмотрела ладонь, ожидая увидеть две характерные точки, что оставались от укуса дратского паука. В таком случае без противоядия мне оставалось жить около часа.

Однако я увидела лишь пронзившую кожу большую коричневую колючку. Из ранки просачивалась небольшая капля крови.

Запрокинув голову, я увидела в паре футов над собой плети роз, обвивавшие водосток. Бледно-розовые цветы на них насмешливо смотрели на меня, ведь я оказалась не на пороге смерти, а лишь с небольшой травмой на ладони.

Застонав от того, что успела навыдумывать, я вытащила занозу зубами и продолжила медленный спуск. Я сгорала от стыда и радовалась, что никто не видел, как я паникую из-за обычной колючки.

Впрочем, кто сказал, что розы в этом лесу не ядовитые?

Я заставила себя перестать об этом думать, чтобы снова не поддаться страху смерти, и наконец, с хитрой ухмылкой спрыгнула на твердую землю.

И кто теперь стал жертвой?

Я оглянулась вокруг. Место, где я приземлилась, было скрыто за низкими стенами. Меня окружали полусгнившие шпалеры и статуи разных лесных животных. Я не стала задерживаться, чтобы разглядеть их получше, потому что мне нужно было скрыться в чаще до того, как грубый фэец поймет, что я сбежала.

Тропинка вела меня по саду из роз, чей запах начал казаться тяжелым, словно застрял там и не мог выбраться. Обогнув стену, я пролезла под шпалерой, согнувшейся под тяжестью белых роз, что давно переросли ее размеры, и наконец обнаружила, что передо мной растянулся лес.

— Покедова, самовлюбленный мудила, — сказала я, глядя на замок у себя за спиной. — Буду скучать по тому, как из-за твоего уебищного характера мне хотелось выдавить себе глаза и заткнуть их остатками уши, — показав ему средний палец через плечо, я довольно зашагала в сторону деревьев.

— Хотел бы я сказать, что впечатлен, но спускалась ты до отвращения медленно. И к тому же, чуть не сдохла из-за колючки, — негромко протянул кто-то позади меня, и я в ужасе развернулась.

Хендрикс стоял, прислонившись спиной к высокому ясеню, лениво опираясь ногой о ствол, и медленно нарезал грушу охотничьим ножом. Он смотрел на меня так, словно я была лишь мелкой неприятностью его дня.

Я замерла, опустив руку в карман, где лежали камни, а другой снимая с пояса рогатку. Починить резинку на ней было довольно легко, и мне было куда спокойнее с оружием в руках, каким бы жалким оно не казалось в сравнении с огромным фэйцем.

— Я ухожу, — вызывающе прорычала я.

Не меняя позы, он поднес кусок груши ко рту и съел.

— Что, правда?

— Да, — прошипела я.

Он ничего не ответил, не попытался меня остановить и вообще ничего не сделал. Лишь прожевал второй кусок гребаной груши.

Хмуро посмотрев на него, я сделала еще шаг к лесу. Он не пошевелился, никак не останавливая меня. На самом деле, он даже на меня не смотрел, просто ел грушу, прислонившись к дереву, как какой-то умалишенный.

Хорошо. Это было хорошо.

Я начала идти, ускоряясь с каждым шагом и оглядываясь на Хендрикса через плечо, чтобы не выпускать его из виду. Когда между нами было столько деревьев, что разглядеть его стало невозможно, я пустилась бегом.

Не было слышно ни звуков погоди, не требований остановиться.

Я была свободна.

Он меня отпустил.

Я не знала, почему и какие у него были причины для этого, но мне было все равно. Я бежала и бежала на случай, если он передумает, чтобы оказаться вне досягаемости. Чтобы он не смог меня найти.

Заткнув рогатку обратно за пояс, я выбежала на широкую поляну. Пение птиц резко стихло при моем появлении. И стоило только духу победы произнести мое имя тихим, приятным голосом, как я на полном ходу врезалась в нечто огромное, состоящее из воды и льда.

Дух Медведя стал бесплотным, как только мы столкнулись, а мой удивленный вопль утонул в ледяной воде. Меня сбило с ног ее потоком, и я тут же упала на землю.

Медведь исчез вместе с волной. Откашливаясь, я сквозь мокрые ресницы наблюдала, как ко мне приближается пара сапог, распинывая по сторонам листья и комья влажной земли.

Хендрикс отбросил в сторону сердцевинку груши и подошел ближе так, будто слегка опоздал на утреннюю прогулку. Падающий на глаза капюшон делал его еще больше похожим на демона.

Я прокляла его, перевернулась и принялась отползать, собираясь убежать. Но не успела я даже подняться на четвереньки, как он схватил меня за лодыжку и потащил обратно к замку, насвистывая себе под нос простенькую мелодию.

Я пиналась и кричала, плевалась и кашляла от влажной грязи, появившейся из-за остатков воды от медведя, но ничего из этого ни капельки не помогло. Хендрикс притащил меня обратно в замок и оставил на полу в столовой, возле камина.