Негринус остановился. Теперь мы его окончательно потеряли. «Всё кончено», — объяснил он нам глухим голосом. «Для меня всё потеряно. У меня ничего нет.

Я ничто ...

«Потерпи! Я всё думал, где ты можешь остановиться», — сказал я, стараясь быть максимально услужливым. Я решил, что не вынесу, как он наполняет наш дом своим несчастьем и высокомерием. Особенно теперь, когда я узнал, сколько он пьёт. Я не стал бы брать на себя обязательства из-за слабохарактерного аристократа, чьё имя было нарицательным на Форуме. Вполне возможно, что этот человек имел привычку подсыпать цикуту в обед хозяина. «А как же твой приятель?

Разве Лютея не могла бы предоставить тебе комнату на некоторое время?

«Нет, я не могу туда пойти…» Его тон был пустым. Он не объяснил причин; он не нёс перед нами никакой ответственности. Меня возмущало, как он иногда обращался с нами, как с рабами. Он был в моём зимнем салоне; он пил моё вино. И он его немало уносил.

Юстин оттолкнул его. «Но он же твой лучший друг!»

Когда Бёрди лишь пожал плечами, Элианус многозначительно спросил: «У тебя что, нет других друзей?»

Наконец он ответил: «О, я найду кого-нибудь», — небрежно согласилась Бёрди.

Через мгновение Юстин снова набросился на него с ехидной яростью: «У твоей бывшей жены хорошая квартира. Судя по всему, Лютея её для неё устроила. Попробуй, может, он найдёт тебе другую!»

Негринус коротко и горько улыбнулся. Он отклонил наше предложение, не потрудившись дать комментарий.

«Вы с Лютеей поссорились?» — спросил я его прямо.

«О нет. Лютея любит меня!» Ответ был двусмысленным. Он был сказан с чувством, но мог быть как правдой, так и проблеском горькой иронии. «Не волнуйтесь», — заверил он нас (пытаясь меня утешить). «Я уйду. Найду приют. Не буду вам мешать — или кому-либо ещё…» Его снова охватило тоска, или выпивка. «О боги, что же мне делать? У меня ничего нет — я даже не знаю, кто я теперь!»

«Нет, нет! Перестань так говорить», — настаивал Юстин, наш юный идеалист. «Не сдавайся, если ты невиновен. Защищайся!»

Негринус оглядел нашу группу. Я, словно падающий с лестницы, предвидел приближение удара. «Мне нужна помощь. Думаю, вам стоит взять на себя мою защиту».

На мгновение мы все замолчали.

Первым заговорил Элианус, спасая ситуацию для всех нас. Наличие традиционалиста в штате иногда раздражало, но освобождение нас от глупостей, которые противоречили правилам, было полезным деловым инструментом. «Это неуместно для нас. Мы не ведем судебных дел. Извините. У нас нет опыта защиты».

Негринус рассмеялся. «О, я знаю! Но вот ты здесь, видишь ли. Мне больше не к кому обратиться. Ты должен обо мне позаботиться».

Он встал. Теперь он снова был уверен в себе. Ему было тридцать лет, он был сенатором, курульным эдилом. Должно быть, он служил в армии. Он занимал и другие государственные должности. Мы были всего лишь собачками в его окружении, и он был уверен, что в конце концов мы будем просить объедки.

Он ушёл спать. Когда он нас оставил, мы часами спорили. Он, должно быть, знал, что так и будет. Камилли было уже поздно возвращаться в дом отца; они всё ещё спорили, когда дотащились до комнаты, где Елена разрешала им ночевать на гостевых кроватях, если они оставались ночевать.

Я сказал им, что мы ни при каких обстоятельствах не сможем взять на себя защиту Берди.

Они декламировали какие-то высокопарные идеи, например, что этого требует Справедливость. Я же пренебрежительно отнесся к Справедливости и её глупым требованиям. Мы все чувствовали себя в ловушке. Этот ублюдок пригвоздил нас к стене нашей собственной совестью.

«Дело не только в том, что ему нужна помощь». Юстинус злобно посмотрел на меня. Я понимал его чувства: у него была жена, и он вот-вот станет отцом. Его тошнило от напоминаний о том, что его жена, Клаудия, — наследница; он хотел иметь собственные деньги.

«Знаю. Силиус и Пациус собираются на этом неплохо заработать. Так что, если Бёрди нас спросит, почему бы нам не получить свою долю?»

«Пойду мечтать о денежных ящиках», — откровенно пробормотал Элианус.

Я проверил дом. Погасил лампы. Закрыл ставни. Заглянул к детям: один из них был в лихорадочном жаре под спутанными одеялами, другой храпел, вся подушка была в слюнях. Я поправил руки и ноги, расправил одеяла. Всё хорошо. Я обнаружил Хелену в нашей комнате, она тоже спала, её поза была странно похожа на позу моей старшей дочери, хотя, честно говоря, слюни у неё не текли. Я засунул ей руку под покрывало. Поднял свиток, который она записывала...

Представьте себе. Елена Юстина перечитывала отчёт, который я подготовил для Силия.

Каждому информатору нужна девушка в офисе, которая будет принимать сообщения. Моя вела бухгалтерию, следила за порядком и принимала коммерческие решения. Пока мы торговались с Негринусом и между собой, Елена работала

Мы беседовали, искали новые версии для расследования. Она уже решила, что мы займёмся этим делом.