Она отмахивается и снова устраивается на диване, а я увожу Оскара в тишину спальни. Направляю его к кровати и давлю на плечи, пока он не садится на край, а сама остаюсь стоять между его коленей. Мы уже были в такой позе, но сейчас это лишь бледная копия того раза. В ней нет ничего нежного — только ледяной страх, который ползет по мне, пока я смотрю на него.

— Оскар, — шепчу я.

Он подается вперед, словно больше не в силах держать себя прямо. Упирается лбом мне в грудь и безвольно обхватывает руками мои ноги. Я запускаю пальцы ему в волосы, массируя виски, а потом спускаюсь к затылку.

— Я в порядке, — бормочет он.

— Тебе не обязательно быть в порядке.

Я не знаю, что ему сказать. Не знаю, как помочь.

— Я просто устал.

— Хорошо, малыш.

Я наклоняюсь и целую его в макушку.

— Хочешь лечь спать?

Жалкое предложение, но я понятия не имею, что еще могу сделать. Может быть, утром мы начнем разбираться, когда этот туман хоть немного рассеется.

Он молчит с минуту, водит головой из стороны в сторону, утыкаясь лицом мне в живот.

— Я в порядке.

Я провожу пальцами по его щекам. Я не понимаю, что с ним происходит, и это до ужаса меня пугает. Он никогда таким не бывает. Всегда такой надежный, такой непоколебимый. Видеть, как он начинает рушиться, — для меня нечто совершенно новое. Но, кажется, ему это нужно. Я даже удивлена, что этого не случилось раньше.

— Мне просто нужна минутка. Иди посиди с подругой.

— Я никуда не пойду.

— Я не хочу портить вам вечер.

— Ты ничего не портишь, Оскар.

— Я хотел произвести хорошее впечатление.

Он сильнее сжимает мою ногу, и я слегка пошатываюсь, когда он притягивает меня ближе.

— Она подумает, что я грубиян.

— Она ничего такого не подумает. Люси не обидится.

— Прости.

Я больше не могу это выносить. Двигаюсь вперед и полностью забираюсь к нему на колени, чтобы обхватить его лицо ладонями и заставить посмотреть на меня.

От выражения его глаз внутри все рвется.

На ресницах собрались слезы, готовые сорваться, но он упрямо не дает им упасть. Он выглядит совершенно разбитым.

Что он сегодня увидел?

Мне хочется позвонить в часть и спросить, не могут ли они хоть что-нибудь рассказать, но я знаю: Оскар этого не захочет.

Наверное, единственное, что я сейчас могу сделать, — просто быть рядом. Так же, как он всегда был рядом со мной.

— Оскар, пожалуйста, поговори со мной. — Я прижимаюсь лбом к его лбу. — Скажи мне, что происходит.

Я чувствую его выдох у своей шеи — долгий, обреченный.

— Мне надо идти.

— Тебе не нужно уходить.

Я почти цепляюсь за его шею, надеясь удержать его здесь. От одной мысли, что он сейчас выйдет за эту дверь, сердце бешено колотится о ребра. Не знаю почему, но меня охватывает ужасное чувство: если он уйдет, то уже не вернется.

— Нужно.

Его руки ложатся мне на талию, и он снимает меня со своих колен — так осторожно, что мне едва не хочется заплакать.

— Я не хочу, чтобы тебе приходилось возиться со мной таким.

— Оскар, пожалуйста.

Я остаюсь сидеть на кровати, пока он встает и поправляет куртку.

— Я просто хочу помочь.

— Нечестно с моей стороны вот так к тебе заявляться.

Я вскакиваю и встаю между ним и дверью.

— Пожалуйста. Я хочу, чтобы ты был здесь, как бы ты себя ни чувствовал. Я люблю тебя. Я просто хочу быть рядом.

Его лицо немного смягчается.

— Я тоже тебя люблю.

А потом он обходит меня, игнорируя мои жалкие попытки его остановить.

— Но мне правда лучше уйти.

Проходя мимо, он быстро целует меня в щеку.

— Оскар.

Его имя срывается с губ почти всхлипом.

Я буквально вижу, как вокруг него снова вырастают стены. Он выпрямляет спину, расправляет плечи. На лице появляется то осторожное, непроницаемое выражение, по которому невозможно ничего понять.

Глаза начинает щипать от слез, пока все его эмоции исчезают, прячась за маской. Когда он наконец снова смотрит на меня, кажется, будто передо мной совершенно чужой человек.

— Давай завтра поужинаем, хорошо?

Он берет выбившуюся прядь моих волос и растирает ее между пальцами.

— Сходим в тот итальянский ресторан. Может, мне удастся произвести на Люси впечатление получше.

— Нам не обязательно.

— Нет, давай.

Он кивает, словно решение уже принято.

— Не могу поверить, что я ни разу не водил тебя на ужин, — бормочет он.

— Оскар…

— В семь нормально?

— Оскар.

Я произношу его имя громче, пытаясь пробиться сквозь туман, в котором он застрял. Будто меня вообще здесь нет.

— Увидимся в семь.

И он уходит.

Я еще не успеваю сдвинуться с места, как слышу, как открывается входная дверь, а затем по металлическим ступеням снаружи тяжело загрохотали его ботинки.

Глава 53

Фрея

 

Элси: Как проходит приезд Люси?

Фрея:Потрясающе.

Фрея: Хотя сейчас она громит мой магазин.