— Нет, — сказала я. — Совсем не глупо.

Мы направились к арене, где должны были проходить соревнования. Пока мы шли, его мизинец коснулся моего, а потом он резко отдернул руку, словно обжегся. Мне пришлось удержаться, чтобы не потянуться к нему.

— Прости. — Его голос прозвучал хрипло. — Я и сам не понимаю, как держать тебя за руку стало привычкой.

— Все в порядке, — быстро сказала я. — Мне не мешает.

Он остановился.

— Тебе не мешает, что это привычка, или тебе не мешает держать меня за руку?

Я хотела держать его за руку. Хотела так сильно, что у меня ныло в груди. Я будто не могла вдохнуть. Я сцепила пальцы, не отвечая.

— Ханна. — Он убрал выбившуюся прядь мне за ухо. Его взгляд скользнул по моему лицу так, словно он пытался запомнить каждую черту. — Я все время думаю о том моменте, когда все пошло наперекосяк, и я… Как думаешь, все было бы иначе, если бы я не сделал тебе предложение?

Я нахмурилась в недоумении. Разве это не очевидно?

— Да, конечно.

— Я тоже так думал. Я прокручивал это в голове снова и снова и понял: у тебя был не самый удачный опыт брака. И, возможно, то, как я свалил это на тебя вот так, ни с того ни с сего — хотя, если честно, герцогиня, для меня это тоже было ни с того ни с сего, — но, может быть, сам шок оказался для тебя… триггером?

Я сдержала улыбку. Почему мне вообще сейчас хочется улыбаться? Это же серьезно.

— Возможно, немного, — призналась я.

— Как думаешь, что было бы, если бы я этого не сделал?

Я сморщила нос. Честно говоря, я об этом не задумывалась.

— Не знаю. Наверное, мы бы выпили кофе и пошли на работу. Может, после работы я заехала бы в Путеводную звезду. И, скорее всего, мы бы снова занялись сексом.

— Нет. — Зак на мгновение посмотрел в небо. Его кадык дернулся, когда он сглотнул. — Нет, я о другом. Как думаешь, что было бы, если бы я сказал, что люблю тебя, не напугав тебя до чертиков случайным предложением руки и сердца?

Весь воздух с шумом вырвался из моих легких. Я попыталась заговорить, но смогла выдавить только нелепый, мышиный писк.

Он не стал спешить с новыми словами. Он молчал, не отрывая от меня взгляда, терпеливо ожидая, пока я до этого дойду.

И в конце концов дошла.

— Не знаю, — сказала я. — Эти гормоны после секса — штука мощная.

Его глаза сузились.

— Даже не вздумай снова сказать, что это просто секс. Клянусь богом, Ханна, я сейчас же перекину тебя через колено.

Я уставилась на него с приоткрытым ртом. Боже милостивый. Это что, угроза? Потому что мое тело восприняло это совсем не как угрозу. Я поерзала и сжала бедра.

— Я и не собиралась этого говорить. Я хотела сказать, что гормоны могли немного приглушить страх. Не настолько, чтобы пережить случайное предложение руки и сердца, разумеется, но, возможно, такая мелочь, как «я тебя люблю», прошла бы легче.

Он опустил подбородок, потом наклонил голову набок и посмотрел на меня исподлобья.

— Я могу сказать это сейчас. Просто чтобы проверить.

Сердце с грохотом ударилось о ребра.

— Нет! — выкрикнула я.

Его брови взлетели вверх, а уголок рта изогнулся в насмешливой ухмылке.

— То есть нет, — сказала я уже обычным голосом, несмотря на то что пульс бешено колотился. Мне нужно было все обдумать. Все снова происходило слишком быстро, и я этого не ожидала. Я не могла…

— Ты боишься, герцогиня? — спросил он.

Это почти звучало как поддразнивание, но в глазах у него появились смешинки — улыбка, которая пока не дошла до губ. Я обожала этот взгляд. Я его не заслуживала, особенно после того, как только что крикнула, чтобы он не говорил, что любит меня. Но он смотрел на меня так и вдруг я перестала бояться. По-настоящему.

И все же я сказала:

— Да.

Потому что этот страх… он вернется. Эта царапающая паника снова накроет. Я не хотела причинять ему боль.

— Хорошо, — сказал он.

— Хорошо?

— Да. Я рад, что ты боишься. Я на это рассчитываю. Потому что вот в чем дело, Ханна Белл. — Он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на него. — Ты чертовски хорошо умеешь делать то, что тебя пугает.

 

 

33

33 Ханна

Я не спала всю ночь. Укол, протяжка, укол, протяжка, укол, протяжка. Игла снова и снова входила в ткань, а мысли вихрем крутились вокруг всего, что сказал Зак.

Я люблю тебя, Ханна Белл.

Прокол, протяжка, прокол, протяжка, прокол, протяжка.

Ты чертовски хорошо умеешь делать то, что тебя пугает.

Прокол, протяжка, прокол, протяжка, прокол, протяжка.

Я хочу, чтобы ты победила, Ханна.

Прокол, протяжка, прокол, протяжка, прокол, протяжка.