Извернувшись всем телом, я отчаянно впилась зубами ему в плечо. Сквозь плотную, грубую ткань его кофты было чертовски сложно достать до кожи, однако я сжала зубы настолько плотно, до хруста, что отчетливо почувствовала, как его мощное тело на мгновение сильно вздрогнуло от резкой боли.

К моему удивлению, жесткие руки Эйдана наконец-то разжались. Только я почувствовала долгожданную свободу, как тут же испуганно отскочила от него на несколько шагов назад, тяжело дыша и пытаясь восстановить сбитый ритм сердца, которое сейчас буквально проламывало ребра от пережитого ужаса. По коже вспышками прошел электрический ток.

— Лучше расскажи мне про своего парня, — наклонив голову вбок, негромко произнес альфа, и от этого его обманчиво спокойного тона по телу импульсами прошел нервный озноб.

Большим пальцем он медленно провел по своей нижней губе, небрежно стирая размазанную кровь, вот только укусила я его действительно сильно, глубоко, из-за чего кровь выступила опять.

Костер даже не поморщился. Наоборот, он просто равнодушно провел по ней кончиком языка, слизывая и этот жест выглядел настолько пугающе-порочно, что у меня горло сжало от зарождающегося гнева.

— Как зовут? — его темный, пронзающий взгляд впился в мое лицо, не позволяя отвернуться.

— Зачем тебе знать его имя? — настороженно спросила, сощурившись и скрестив руки на груди, чтобы хоть как-то отгородиться от его давящего присутствия, которое едкими всполохами проходило по моему сознанию.

— Ну как? Мне действительно интересно знать имя ублюдка, посмевшего протянуть к тебе свои руки, — пожав плечами, Костер криво усмехнулся.

Вскинув руку, он небрежным движением провел по коротким волосам, скидывая назад капюшон своей темной кофты. Только сейчас, в тусклом, полумертвом свете ламп полупустого коридора, я смогла отчетливо рассмотреть его руки.

Его костяшки были сильно сбиты, покрыты свежими ссадинами и потемневшей коркой крови, словно он совсем недавно с кем-то дрался, выбивая из противника всю душу.

В принципе, больше никаких видимых повреждений на нем не было. Все такой же идеальный, пугающе красивый и смертоносный. Что вообще произошло? С кем он успел схлестнуться до того, как прийти сюда и караулить меня? Что я вообще здесь делаю вместо того, чтобы спать в своей постели? Наверное, потому что от этого кошмара невозможно скрыться. Нужны мне вообще были эти вещи или это судьба сталкивает нас?

— Не называй моего любимого парня такими грубыми словами, — гневно выплюнула, чувствуя, как внутри все закипает от возмущения, ведь Артур совершенно не заслуживал подобных оскорблений от этого чудовища. Даже если он был мне не парень и я к нему ничего не испытывала. Но Эйдану этого знать не нужно.

Отступив осторожно на шаг назад, я нахмурилась и на несколько секунд замолчала, пытаясь справиться с дрожью в голосе, но в итоге все же решила продолжить, чтобы раз и навсегда провести, между нами, жирную черту.

— Он самый лучший человек на свете. Добрый, понимающий, заботливый. И он, в отличие от некоторых, не говорит, что моё место на помойке.

— Вот как, любимый? — Костер медленно выпрямился во весь свой огромный рост, из-за чего его тень уродливым пятном поползла по облезлой стене коридора.

Потерев шею ладонью, он сделал тяжелый шаг в мою сторону, сокращая и без того хрупкую дистанцию, из-за чего воздух вокруг нас мгновенно сгустился до предела, мешая делать вдохи. Голос безжалостно проходил по моим нервным окончаниям, заставляя цепенеть.

— Мне даже безумно интересно посмотреть на твоего парня, Амелия. Познакомишь нас?

— Зачем? — поспешно отступив от альфы еще на один шаг назад, я судорожно прикидывала в уме, открыта ли дверь в конце коридора.

По сути, она вела к эвакуационному выходу из здания, но чаще всего, несмотря на строгие правила безопасности института, оставалась запертой на замок. Но призрачный шанс все-таки оставался. Какая-то ничтожная вероятность выбраться отсюда без потерь.

— Ну как зачем? Я же обязан знать этого счастливого человека в лицо, — в понимании Эйдана подобная кривая усмешка могла означать абсолютно все что угодно, но для меня она выглядела смертным приговором.

Она была слишком острой, хищной, зловещей. Ей буквально можно было резать вены, настолько отчетливо от него сейчас веяло жаждой крови.

— Зачем? Хочешь навредить ему? — нервно отойдя еще на шаг назад и едва не задев спиной холодную стену, я ощутимо вздрогнула от того, насколько резко альфа сделал в мою сторону еще один стремительный шаг.

Он двигался плавно, но невероятно быстро, совершенно не давая мне ни единой возможности увеличить расстояние.

Вообще, в Костере всегда было слишком много от зверя, да и сам он по своей сути являлся неуправляемым хищником. По крайней мере, именно сейчас я на подсознательном уровне чувствовала, как он хладнокровно загоняет меня в угол, словно добычу.