Костер сократил расстояние одним резким шагом и, словно дикое животное, склонился к моему лицу, шумно втягивая запах. Я замерла, перестав дышать от ледянной дрожи, прокатившейся вдоль позвоночника.

Ведь прекрасно знала, что в нём очень много от звериной сути, но порой это всё же безумно пугало. То, как мастерски он скрывает это ровно до того момента, пока не слетают внутренние барьеры и животная сущность не берет над ним контроль, превращая в чудовище. Очень опасное чудовище.

— Спросил, почему я не выбрала его в качестве своего жениха, — нехотя ответила я, слегка отступая назад и не встречая сопротивления со стороны Эйдана.

Альфа выглядел не просто жутко, он выглядел по-настоящему взбешенным.

— В каком смысле? — напряженно уточнил он, прожигая меня потемневшим взглядом.

— Он знал о том, что у меня был выбор. Видимо, о других кандидатах тоже откуда-то разузнал. — Не придавая этому особого значения, я равнодушно пожала плечами. Мне казалось, подобную информацию продают везде, и ничего странного в этом нет.

— Так получается, Колос, Карган... кто-то ещё был в твоем списке? Кто он? — Темнея лицом, альфа подступил ко мне вплотную. Нервно сглотнув, я поняла, что сболтнула лишнего.

По большей части мне должно было быть абсолютно всё равно на его реакцию, но в глубине души я четко понимала, о чём он спросит в следующий момент. И соврать ему сейчас, чтобы просто отвязался, не выйдет. Он почувствует ложь.

— И кто же ещё был в этом списке? Давай, говори, я внимательно слушаю.

— А зачем тебе это знать? Я тебе не скажу. — Покачав головой, я попыталась юркнуть мимо парня в сторону двери.

— Чтобы знать, в случае чего, кто может представлять для тебя реальную угрозу. Это не шутки, Амелия.

— Не волнуйся, мой клан и мой жених смогут меня защитить, — проговорила я, отворачиваясь.

Смотреть ему в глаза сейчас совершенно не хотелось. Особенно после того, как он вчера клялся, что не навредит, и после этого дурацкого утра с цветами и его въевшимся запахом.

Мне нужно было время, чтобы остыть и напомнить себе, что Костер уже в прошлом. Что его слова ничего не значат, и всё уже окончательно решено. Что меня ждёт тихая, спокойная жизнь. Возможно, даже с моим истинным.

Костер — это мое прошлое. Не самое счастливое, пусть и безумно яркое воспоминание. Но, как правило, всё, что светит ярче всего, также способно и смертельно обжечь. Именно это со мной и случилось: я подлетела мотыльком к его пламени и опалила свои крылья.

Горький ком подступил к корню языка. Кажется, эта горечь проникла куда-то глубже, прямиком в грудную клетку. Между нами повисло невыносимое молчание, разбиваемое лишь его тяжелым дыханием. И моим.

— Третий кандидат не претендует на меня, — проговорила медленно, прерывисто выдыхая.

— Имя.

— Эйдан Костер.

Парень замер. Застыл, словно высеченный из камня. Тишина после моих слов казалась оглушительнее любого крика, и я подняла на него неуверенный взгляд, натыкаясь лишь на пугающую пустоту в чёрных радужках.

— Я был в твоем списке... — мёртво проговорил он.

— Был.

— И ты выбрала его.

— Да. — Качнувшись взад-вперед, я стянула плотный шарф с шеи и расстегнула пуговицы на плаще. В тесной кладовой стало слишком жарко и невыносимо душно.

— Я приставил к тебе двух охранников. Они будут с тобой везде. Не убегай от них. — Его тоном можно было резать шеи, а взгляд стал буквально диким.

Но он сдерживал себя, что, похоже, стоило ему немалых усилий, учитывая, как сильно побелели костяшки сжатых в кулаки рук.

— И в душе тоже будут со мной? — едко поддела его я, наблюдая, как широкая грудная клетка альфы начинает ходить ходуном от еле сдерживаемого утробного рыка.

— Амелия, не шути так. Если тебе необходима охрана в душе, я с огромным удовольствием побуду ею. Только я не обещаю, что не присоединюсь к тебе и не помогу помыться.

То, каким хриплым тоном были произнесены эти слова, моментально напомнило мне о том, как он действительно помогал мне мыться во время своего гона. Это было грязно. Порочно. И невыносимо, до дрожи остро.

Кафельная плитка, в которую он вжимал меня то грудью, то спиной, нагревалась от сумасшедшего жара наших тел. Мы скорее не мылись, а исступленно занимались этим прямо под струями воды.

От нахлынувших воспоминаний низ живота опалило жаром, а щёки моментально залило густым румянцем.

— Спасибо, я, пожалуй, откажусь, — сквозь зубы зашипела я, отгоняя наваждение. — Из тебя так себе охрана и помощник.

— Насколько я помню, тебе на тот момент всё очень нравилось, — с тёмной усмешкой проговорил парень, делая ко мне плавный шаг. Склонившись чуть ниже, он прошептал почти в самые губы: — Как только я вспомнил, как ты кричала моё имя и просила ещё, одному богу известно, как я сдержался, чтобы не поехать к тебе.

— Надеюсь, эти воспоминания скоро навсегда исчезнут из твоей головы.