Мне следовало бы радоваться, что он позволяет мне поступать по-своему, но по какой — то причине… Нет. Это раздражает меня, как песок на коже, и я не могу сказать почему. Я толкаю тележку вперед, и она поскрипывает, когда мы въезжаем в магазин. Это большое, темное помещение, полное пыли и застарелых, ужасных запахов. Вонь от тысяч человеческих ног остается с давних времен, и я морщу нос. И еще кое — что. Так много человеческих вещей. Гейб с интересом оглядывается по сторонам.

— Кажется, здесь ничего не изменилось с тех пор, как я был здесь в последний раз. Это хорошо.

«Правда?»

— Да. Это значит, что там могут быть какие — нибудь ценные находки.

Ах. В его голове проносятся всевозможные вещи, которые он хочет приобрести, некоторые из которых я узнаю — еда, одежда для тела, — а некоторые мне непонятны. Я не знаю, что такое «туалетные принадлежности» или что такое «тампон». Гейб указывает на участок за небольшим рядом островков, перед которыми припарковано множество тележек. Его проницательный ум подсказывает мне, что это старые «кассы».

— Вон там. Я думаю, это наша первая остановка.

«Что мы ищем?» — Я еще раз толкаю тележку, и она со стоном продвигается вперед.

— Сначала мы заглянем в аптеку, поищем какие — нибудь лекарства, которые могли бы там остаться. Затем — продукты для женщин в форте. Гигиенические принадлежности, шампунь и, возможно, несколько зубных щеток и тому подобное, если мы сможем что — нибудь найти.

Я останавливаюсь, и на мгновение мне хочется запустить тележкой в ближайшую стену… или в голову Гейба. «Ты обеспечиваешь других женщин?»

Он смотрит на меня с некоторым удивлением.

— Ты ревнуешь?

«Ты моя пара. Пусть их пары делают это за них. — Я хмурюсь, в моем животе поднимается убийственная ярость. — Если мне придется сражаться с другими женщинами, чтобы доказать свое превосходство и право быть на твоей стороне, я это сделаю. Знают ли эти женщины, что я выпущу им кишки, если они приблизятся к тебе?»

В голове Гейба вспыхивает неудовольствие.

— Тева. Тут нечему ревновать. В форте полно женщин с младенцами или старики. Меня никто из них не интересует.

Его мысли ясны и полны правды. От этого я чувствую себя лучше, но даже в этом случае я прорычу предупреждение любой женщине, которая посягнет на мою территорию. Я говорю ему, что ему позволено приобретать вещи как для старших, так и для младших. «Но ничего не бери другим женщинам, иначе они пожалеют об этом».

— Эй. — Гейб поворачивается ко мне лицом. Он кладет руки мне на лицо, приподнимая мой подбородок, чтобы я встретилась с ним взглядом. — Я здесь, с тобой. Я хочу быть с тобой. Не стоит ревновать.

Я оскаливаю зубы и отталкиваю его руку. «Я не ревную. Я сторонник территории. Есть разница».

— Они старики, Тева. Старики и женщины с детьми, у которых нет защитников. — Он бросает на меня раздраженный взгляд. — Я бы расстроился, если бы ты напала на них. Ты бы стала нападать на стариков и детей в своем доме?

Я перестаю хмуриться. «Я… просто хочу, чтобы они знали, что ты мой. — Я касаюсь его груди. — Если бы ты пользовался моими духами, было бы проще».

— Пользовался твоими духами?

«Когда два дракона соединяются, их ароматы смешиваются, как и их души. Ты наполняешь меня своим семенем и делишься со мной своим пламенем, поэтому я вдыхаю твой аромат. Он будет становиться сильнее с каждым разом, когда мы соединяемся. Но ты не вдыхаешь мой. — Я провожу когтями по его телу, по обнаженной коже на шее и щетине, растущей на подбородке. — Нам нужно чаще спариваться».

Его мысли наполняются воспоминаниями о нашем неудачном спаривании, когда его член еще не наполнился семенем, а мое тело не сжалось от наслаждения. Он чувствует сожаление, и оно проникает в его сознание.

«Не думай об этом, — говорю я ему. — Мне все еще нравятся твои прикосновения. Нам просто нужно соединиться, чтобы окутать тебя моим запахом».

— Возможно, позже. Что, если ты меня укусишь? Можешь поделиться со мной своим запахом таким образом?

«Ооо. Это интригующая мысль. Ты позволишь мне сделать это?»

— Когда мы вернемся в лагерь? Ты можешь окутать меня своим ароматом так, как тебе нравится, Тева.

Мои глаза вспыхивают, и я посылаю ему свои мысли, полные жгучего желания. Мне нравится эта идея. «Давай поторопимся».

Он смеется, затем наклоняется и страстно целует меня, показывая, что не я одна в этом нуждаюсь.

— Да, мы поторопимся.

Я следую за ним с тележкой, пока он идет по проходу, разглядывая каждый предмет, оставленный на прилавках. Некоторые из них со временем разрушились, содержимое рассыпалось, а некоторые и вовсе высохли. Несмотря на это, он наполняет свою тележку предметами, довольный тем, что находит. Мы заполняем тележку, и он идет к прилавку, чтобы взять еще, а я прохожу мимо стенда с… людьми на нем.

Плоские люди. Я беру одного из плоских людей и тыкаю в лицо. На самом деле это не человек, но он выглядит таким настоящим. «Что это? — Я подхожу к Гейбу и протягиваю его. — Кто этот человек и почему я не чувствую его запаха?»

Он кладет в тележку несколько маленьких упаковок «зубных щеток» и бросает взгляд на предмет в моей руке.