Но стоило потянуться за телефоном, как на экране высветилось его имя.

 — Привет, Веснушка, — поздоровался он.

 Его голос звучал не совсем холодно, но всё же совсем не так, как мы привыкли разговаривать друг с другом.

 — Привет.

 — Мне только что звонила Дженна, — сказал он.

 Я застыла как вкопанная.

 — Пригласила меня на день рождения, на который я, разумеется, не смогу приехать.

 Блядь, Дженна.

 — Я ещё не решила, поеду ли… — ответила я, потому что сама толком не понимала, что чувствую по этому поводу.

 На другом конце линии послышался вздох Ника.

 — Тебе стоит поехать, — произнёс он, застав меня врасплох. — Я не хочу тебя ограничивать, Ноа, правда. Мне очень жаль, что последние несколько недель я вёл себя таким образом. Я нахожусь под огромным давлением и до смерти боюсь, что с тобой или Энди что-нибудь случится. Блядь, я живу в постоянном страхе. Я всё время боюсь и понятия не имею, как с этим справиться. Я плохо сплю. То, что мне запретили покидать Нью-Йорк и что мы находимся так далеко друг от друга, просто сжирает меня изнутри. Возможно, я вижу то, чего на самом деле нет…

 Мне показалось, будто я наконец смогла вдохнуть полной грудью, словно кислород снова начал свободно циркулировать по моему телу.

 Будто с моих плеч сняли огромную тяжесть.

 Вот с таким Ником я могла разговаривать. С таким — да.

 — Спасибо, Ник, — сказала я, не зная, что ещё добавить.

 Для нас обоих этот месяц выдался странным. Очень странным.

 Несколько секунд мы молчали.

 — Ну, вообще-то я звонил пожелать тебе спокойной ночи, — произнёс он.

 И почему-то именно в этот момент мне вдруг захотелось расплакаться.

 — Почему ты ещё не спишь в такое время? — спросила я, пытаясь хоть немного продлить разговор.

 Я посмотрела на часы и прибавила три часа разницы во времени.

 Ник тяжело вздохнул.

 — Пересматривал материалы дела. Похоже, существуют электронные письма, которые я никогда не отправлял, но выглядят они так, будто их действительно написал я. Я нанял частного детектива, чтобы выяснить, кто пытается меня подставить.

 — Но зачем кому-то делать подобное?

 — Пока не знаю, но кое-какие подозрения у меня есть.

 — Это может быть опасно? — обеспокоенно спросила я.

 — Нет, успокойся. Не хочу, чтобы ты переживала. У меня всё под контролем, и, думаю, с каждым днём мы всё ближе к разгадке.

 Снова наступила тишина.

 И снова я ощутила ту огромную пропасть, что пролегла между нами.

 — Есть какие-нибудь новости насчёт запрета на выезд из штата? — спросила я, пытаясь удержать его на линии ещё немного.

 — Пока нет. Ты узнаешь первой, обещаю, — сухо ответил он.

 — Ладно… Отдыхай, Ник… Я люблю тебя, — сказала я, крепко прижимая телефон к уху.

 Несколько мгновений он молчал.

 — А я тебя ещё больше, — наконец произнёс он. — Спокойной ночи, Ноа.

 Когда я положила трубку, в груди появилось неприятное давящее чувство.

 Словно на моих плечах снова устроились два великана, которые упорно отказывались слезать.

 Я пыталась убедить себя, что всё наладится, что нужно лишь набраться терпения.

 «Всё будет хорошо. Мы справлялись и с худшими проблемами. Это всего лишь трудный период».

 Я повторяла эти слова снова и снова, пока наконец не уснула.

Глава

30

Ноа

Путь от аэропорта Рино до озера занял около полутора часов. В самолете летели я со своим малышом Энди, Лайон, Дженна, няня и крошка Джун, которая, как мы только что выяснили, ненавидела летать.

Зак с Ив должны были приехать чуть позже: он предпочел поехать на машине, чтобы насладиться видами Сьерра-Невады и избежать перелета.

Лайон арендовал семиместный «Мерседес», чтобы мы все поместились. Я понимала, что это лучший вариант, но не могла без содрогания смотреть на задние сиденья и молилась, чтобы мне не пришлось сидеть в самом конце. Я понимала необходимость таких машин, но всегда их терпеть не могла. Одной из причин, почему я всегда твердо знала, что не хочу большую семью, было именно нежелание ездить в семейных минивэнах, похожих на космические корабли.

Будь Ник здесь, он бы наотрез отказался садиться в такую машину, и мы бы, скорее всего, арендовали спорткар. Я усмехнулась про себя, вспомнив роскошные автомобили, которые он выбирал для нашего медового месяца. Я вздохнула. Я до смерти по нему скучала.

Мы отправились к дому родителей Дженны, но насладиться поездкой нам не удалось: Джун проплакала всю дорогу. Даже Нана не могла её успокоить, и, естественно, Энди, устав от плача девочки, в конце концов не выдержал и присоединился к ней со своим собственным концертом из криков и слез.

Когда мы наконец добрались до дома, то вышли из машины с таким чувством, будто пережили травмирующий опыт.

— Почему я всё еще слышу её плач, если она уже уснула? — спросила Дженна как в трансе.