Ноа не уделила ему ни секунды внимания, поэтому не заметила улыбку, застывшую на его лице, когда мы повернулись к нему спиной и направились в спальню.

Едва войдя в комнату, я бросил всё на пол и прижал жену к двери. Я и представить не мог, что по приезде застану её полуобнаженной. Я окинул взглядом её подтянутое тело, чувствуя, как желание нарастает с каждой секундой. В голове не укладывалось, что этот идиот мог наслаждаться её обществом, её обаянием, её красотой.

Я поднял руки, ласково коснулся её щек и поцеловал так, что мы оба остались без дыхания.

— Ты даже не представляешь, как сильно я по тебе скучал, Веснушка, — прошептал я, касаясь её губ. Я умирал от желания покрыть её поцелуями. Я прижался к ней. Когда я отстранился, чтобы перевести дух, её щеки залились тем самым дьявольски нежным и сексуальным румянцем.

Она прикусила губу, не подозревая о том, как сильно мне хотелось сделать то же самое. Я отступил на шаг и хорошенько её рассмотрел. На ней был желтый купальник и мой пуховик, а на ногах ничего не было.

— Выглядишь очень забавно, Веснушка, — сказал я. Я хотел бы запереться с ней в этой комнате и не выходить оттуда несколько дней напролет.

Ноа улыбнулась.

— В доме холодно.

Я снова приблизился и поцеловал её в кончик носа.

— Теперь, когда я здесь, тебе больше не будет холодно, уверяю тебя, — сказал я, и в моих словах таилось недвусмысленное обещание.

Она ответила мне легкой улыбкой. Я снова наклонился, чтобы укусить её за нижнюю губу, и почувствовал, как мое тело твердеет.

Ноа притянула меня к себе, и мы снова поцеловались. Она протолкнула свой язык мне в рот, и я понял, что она нуждается во мне так же сильно, как и я в ней.

Я позволил ей играть с моим языком. Тем временем я провел рукой по её талии, а затем вверх по спине. Я приподнял её, обхватив за ягодицы, и прижал к стене.

У меня стоял так сильно, что я прижался к ней вплотную, чтобы она почувствовала, насколько привлекательной я её нахожу, как сильно меня заводит одно лишь прикосновение к ней, один лишь взгляд на неё.

— Ник… — прошептала она мне в губы, пока моя правая рука искала центр её тела. Я отодвинул край бикини и нащупал влагу её возбуждения.

— Блядь, — выдохнул я. То, с какой легкостью мне удалось проникнуть в неё пальцами, свело меня с ума. Я медленно ласкал её, касаясь внутренних стенок, и страстно желал прижаться губами к этим лепесткам, чтобы вкусить то, что мог пробудить только я.

Ноа откинула голову назад, и мне пришлось сменить позу, чтобы как следует выполнить свою задачу. Я снова поставил её на ноги и опустился на колени.

Я смотрел на неё из своей любимой позиции.

На коленях перед ней — вот где было мое место. Это была моя лучшая фантазия. Такова была наша иерархия, и так будет всегда.

— Позволь мне насладиться тобой, Ноа, — попросил я, развязывая тесемки её бикини. Мне отчаянно нужно было ощутить вкус её возбуждения на своих губах.

Когда она осталась обнаженной ниже пояса, она зарылась пальцами в мои волосы и, тяжело дыша, направила меня.

Мой рот встретился с этим лакомством, и я едва не кончил в ту же секунду. Я крепко держал её, наслаждаясь этой частью её тела так, словно это был мой любимый десерт. Она была такой мягкой и влажной, что я задержался там ровно настолько, насколько она мне позволила. Она извивалась под моими ласками, вынуждая меня прижимать её к двери. Я пожирал её, наслаждаясь каждым движением языка и каждой реакцией её тела на мое желание заставить её окончательно потерять голову.

— Ник… Ник! — вскрикнула она, и я ухмыльнулся, гордый собой, когда она с дрожью кончила мне в рот.

Я слизал все соки её возбуждения и продолжил ласкать её. Я хотел довести её до еще одного оргазма, её тело само просило меня об этом. Я собирался осыпать её оргазмами. По одному за каждый день, что мы провели врозь.

Я поднялся и нашел её губы, одновременно проникая в неё пальцами и начиная двигать ими так, как она любила.

Она потеряла голову.

Я сводил её с ума, пока мой твердый член пульсировал сквозь джинсы.

Мне пришлось сменить позу, продолжая целовать и ласкать её так, как я должен был сделать в тот день, когда она приехала в Нью-Йорк. Знай я, что пройдет еще четыре недели, прежде чем я снова увижу её, я бы трахнул её на диване, на полу, на кровати. Где угодно, но мне бы не пришлось так долго ждать, чтобы услышать, как её губы шепчут мое имя, пока она кричит от удовольствия.

Второй оргазм не заставил себя долго ждать, и она схватила меня за руку, чтобы остановить, дрожа как осиновый лист.

— Еще один, Ноа, — сказал я, прикусывая её за мочку уха, отчего она вздрогнула. — Позволь мне подарить тебе еще один.

— Ник… Нас ждут, — произнесла она, поднимая голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

На моем лице появилась самая дикая ухмылка.