Она потерла глаза кулачками, а увидев меня, казалось, растерялась.

— Где мы? — спросила она спросонья, выглядывая в окно.

— Милая, мы едем домой, но нам пришлось остановиться, потому что на дороге много снега, — ласково объяснила я, чтобы не пугать её. — Как ты себя чувствуешь?

Ив сонно заморгала и снова посмотрела на меня.

— А теперь мне надо сказать, что мне хорошо? — спросила она своим очаровательным детским голоском. — Папа сказал, что, если я так сделаю, он купит мне шоколадное мороженое, — воодушевленно вспомнила она.

— Если ты сделаешь что, милая? — не поняла я.

— Притворюсь, что болею, — сказала она.

Мне показалось, будто всё тепло, созданное в машине обогревателем, вмиг улетучилось.

— Что ты сказала? — переспросила я.

Ив посмотрела на меня усталыми глазами.

— Папа хотел, чтобы ты поехала с нами. Папа хочет, чтобы ты стала моей новой мамой, — объяснила она. У меня по коже побежали мурашки. — Ты очень похожа на мою маму. Я так сильно по ней скучаю, больше всех на свете, — сказала она, раскинув ручки.

Окей. Теперь мне стало страшно.

Блядь.

Прежде чем я успела ответить или задать ей еще какие-нибудь вопросы, Зак вырос перед моим окном, напугав меня до смерти.

— Порядок! — сказал он, открывая дверь. — Остался всего один номер, что-то вроде бунгало на улице, но я сказал, что мы его берем, потому что вряд ли мы сейчас найдем что-то лучше, — с улыбкой пояснил он.

Зак заметил, что Ив проснулась, и, кажется, слегка занервничал.

— Милая, ты проснулась! — сказал он, открывая другую дверь и беря её на руки. — Пойдем, Ноа! — позвал он меня, жестом приглашая следовать за ним. — Внутри нас ждет отличный свежесваренный тыквенный суп с сыром.

Я не знала, что делать.

Зачем Зак солгал? Что из его рассказов было правдой? И главное, действительно ли мать Ив умерла при родах, как он говорил? Но тогда почему девочка говорила о ней так, будто знала её?

Я не могла позволить себе поддаться панике. Я видела демонов там, где их не было. Да, я считала невероятно мерзким то, что Зак попросил дочь солгать, чтобы убедить меня поехать с ним, но, возможно, Ив видела тысячи фотографий своей матери, слышала о ней истории…

Это был просто хорошо продуманный ход со стороны Зака. И, разумеется, как только я вернусь домой, я раз и навсегда разорву с ним все связи. Ник был прав: я ему нравилась, и это начинало меня пугать.

Я постаралась взять себя в руки. Взяла пальто и телефон, чтобы пойти за ним, параллельно обдумывая имеющиеся у меня варианты и оценивая погодные условия.

В ресторане было полно людей. Я увидела семью возле камина, ожидавшую свой заказ, и двух лыжников, развалившихся на полу с пивом.

Место было уютным, но довольно старомодным.

Мы подошли к барной стойке, и Зак попросил столик поближе к камину.

— Ну и холодрыга! — сказал он, когда мы сели.

Я не могла скрыть ни своей тревоги, ни гнева.

Неужели этот тип водил меня за нос все эти месяцы?

Я попыталась придумать какую-нибудь причину, по которой он мог не захотеть быть честным насчет матери Ив. Может, она умерла не при родах, а позже, и он просто так выразился, чтобы не вдаваться в подробности. Такое могло быть.

Или, может быть, он маньяк, который похитил собственную дочь, и теперь его разыскивает полиция.

Блядь. В таких ситуациях мое воображение могло стать моим худшим врагом.

Я посмотрела в окно: снег всё падал и падал, и, казалось, не собирался прекращаться.

Я снова взглянула на телефон и увидела, что появилось несколько делений связи.

— Наконец-то я могу позвонить, — сказала я, вставая. — Я выйду на улицу и попробую связаться с Ником, чтобы спросить, как там Энди. Закажешь мне тоже тыквенный суп? — попросила я, стараясь выглядеть спокойной.

Тут же посыпались уведомления о пропущенных звонках от Ника.

Он звонил мне больше десяти раз.

Я перезвонила. Он ответил не сразу, а когда ответил, связь была ужасной.

— Ноа? — спросил он. Мне пришлось сильно прижать телефон к уху, чтобы услышать его. — Ноа, где ты?

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Что мне ему сказать?

Стоит ли рассказывать о своих подозрениях насчет лжи Зака?

— Привет, Ник! — крикнула я, чтобы он меня услышал. — Где ты? Я тебя не слышу.

— Ты одна? — спросил он. Я ответила «да».

— Ноа, слушай меня внимательно, — сказал он, и тон его голоса мгновенно привел меня в боевую готовность. — Тебе нужно как можно скорее вернуться домой. — Связь дважды прерывалась.

— Откуда ты звонишь? — спросила я, встревоженная тем, как он со мной разговаривал.

— Когда вернешься домой, ни с кем не разговаривай, ясно? Жди меня там и, самое главное, держись подальше от Зака, ты поняла?

Какого дьявола…