Ладонь Леви легла мне на плечо: обжигающее тепло кожи мгновенно воскресило в памяти сцену в ванной.

Проклятье. Я хотела его.

Но я взрослая. И не позволю случиться ничему лишнему.

Как бы близко Леви ни подобрался.

Глава 14

Засыпая, Леви оставался на своей половине кровати, а я – на своей.

Кто бы мог подумать, что проснемся мы совершенно иначе.

По мере того как сознание медленно возвращалось, я вдруг поняла: меня придавило невероятно уютное тяжелое одеяло, вот только для неодушевленного предмета оно оказалось слишком уж приятным на ощупь.

Его рука обвивала мою талию, крепко прижимая к груди. По-хорошему стоило бы ужаснуться или смутиться, но все мысли занимали лишь вчерашние фантазии, под которые я ласкала себя в темноте.

Он мне нравился. В этом сомневаться не приходилось, а симпатия лишь распаляла желание. Попытавшись отогнать мысли, я потерпела крах: перед глазами тут же всплыли завитки волос на его шее и напряженные желваки в моменты глубокой задумчивости.

Его запах.

И третий пункт грозил обернуться настоящей катастрофой, ведь сейчас, в одной постели с ним, дурманящий аромат окутывал со всех сторон, и, боже, как же сильно я возбудилась.

Кто бы мог подумать, что замужество и исполнение всех желаний приведут к такому финалу? Уж точно не я.

А ведь еще накануне вечером клятвенно заверяла себя: ничего хорошего из постельной связи с мужчиной, которому я нужна лишь ради мести брату, не выйдет.

Однако стоило открыть глаза, как здравый смысл испарился без следа.

Леви заполонил собой все пространство. Его грудь вжималась в спину. Каждая клеточка тела льнула ко мне.

И член стоял. Ну еще бы, как же иначе.

Едва почувствовав это, я поняла: выбраться, сохранив остатки гордости, уже не выйдет.

Под таким углом я ощущала каждый сантиметр плоти, прекрасно осознавая, где именно хочу его почувствовать. Разум кричал о надвигающейся катастрофе, но тело напрочь лишилось подобных сомнений.

Леви с шумом втянул воздух. Его ладонь принялась вычерчивать ленивые круги на моем животе.

Меня бросило в жар. Следовало немедленно отодвинуться, особенно теперь, когда он начал просыпаться. Нужно было непременно встать с постели и установить безопасную дистанцию.

Но я слишком явно его чувствовала. Всего целиком. И реальность оказалась в разы слаще любых фантазий.

Сглотнув, я медленно повернулась к нему. Ладонь Леви замерла; интересно, ошеломило ли его происходящее так же сильно, как и меня? Пусть вчера я и делала недвусмысленные намеки, казалось, тему мы закрыли раз и навсегда.

А теперь наступило утро.

— Не спишь? — сорвалось с губ.

— Нет, не сплю. Я могу...

— Не двигайся, — скомандовала я.

— Но...

— Пожалуйста, — взмолилась я, совершенно не чувствуя стыда. — Мне нужно, чтобы ты меня потрогал.

— Из желания отплатить той же монетой?

— Из-за того, что мне это необходимо. Леви, я больше не выдержу.

Его взгляд потемнел, а хватка на бедре сделалась увереннее.

— До сих пор не сбросила напряжение?

— Ч-что?

— Прошлой ночью. Когда ты кончила, выкрикивая мое имя. Разве этого оказалось мало?

Дыхание перехватило.

— Ты слышал?

— Слышал, и звучало чертовски горячо.

— Скорее уж позорно. Прос...

— Не извиняйся, — голос зазвучал жестче, под стать железной хватке. — Просто позволь показать, как бывает по-настоящему, и доказать, насколько хорошо нам может быть вместе.

В яблочко. Большего и не требовалось.

— Д-да, пожалуйста.

Его объятия стали крепче, а напряженная плоть снова потерлась о мое тело. Вырвавшийся сдавленный стон потонул в его хриплом шепоте.

— Нравится, милая?

Я кивнула, поглощенная мыслями о том, что именно Леви способен сотворить со мной в постели. И с готовностью позволю ему абсолютно все.

— Дай прикоснуться к тебе, — выдохнул он. — Ты кончила от собственной руки. Давай сравняем счет.

— А разве счет не сравняется, если теперь моя рука достанется тебе?

Его губы невесомо скользнули по краю моего уха.

— Мне еще не выпадало удовольствия вслушиваться в каждый издаваемый тобой стон. Сперва хочу насладиться именно этим.

— И... если мы перейдем черту, не возникнет неловкости?

— Никакой. Все останется абсолютно естественным. И даже станет лучше.

— Хорошо, — судорожно выдохнула я, стоило Леви вновь прижаться твердостью к моим ягодицам. — А теперь, пожалуйста, ласкай меня.

— Как раз это я и надеялся услышать, — ладонь скользнула под резинку моих пижамных штанов. — Тебе стоило надеть ту пижаму, в которой щеголяла в нашу брачную ночь. Ту самую, прозрачную.

— Казалось, из-за нее могли бы возникнуть проблемы.

— Подобное зрелище никогда не станет проблемой. Настоящая беда кроется в том, что я могу натворить, увидев тебя в таком наряде.