Он примирительно поднял руки, сдаваясь, а затем открыл входную дверь. Шагнув в натопленную комнату, я с предвкушением покосилась на джакузи.

— Иди переодевайся. Сейчас все организую.

Не успела я закрыть дверь санузла, как зашумела вода. Губы сами собой расплылись в легкой улыбке: он набирает для меня ванну. Раньше я никого не подпускала к себе настолько близко, чтобы позволить подобные ухаживания – даже в те периоды, когда пыталась строить отношения.

Шум льющейся воды служил отличным доказательством простой истины: реальные поступки – самое сексуальное мужское качество.

Медленно стянув с себя слой за слоем, я сняла с крючка на двери хлопковый халат. Плотно в него запахнувшись, вышла обратно в комнату.

— Так, я... — осеклась я, завидев джакузи. — Это что, лепестки роз с кровати?

— Они свежие. Неужели думала, я подсуну старые?

— Я думала, ты просто нальешь воды, а не будешь устраивать сцену из романтического кино.

Я окинула взглядом красные лепестки роз, мирно покачивающиеся на воде. На поверхности тихо пенились пузырьки, а комната благоухала сладким цветочным ароматом.

— Как-никак, у нас медовый месяц. Да и ты заслужила полноценный отдых после сегодняшних геройств.

— Никак не пойму, издеваешься ты или нет, — прищурилась я.

— Какая разница, если в итоге ты получишь горячую ванну?

Пожалуй, никакой. Стужа пробрала до самых костей, а одного лишь запаха воды хватало, чтобы как рукой снять любое напряжение.

— Ладно. Отвернись. Ванна настолько манит, что я сейчас же в нее заберусь.

Бросив на меня взгляд, Леви отвернулся. Несколько секунд я пристально сверлила его спину, проверяя, не вздумает ли подглядывать, и только потом скинула халат, погружаясь в обжигающе горячую воду.

Едва окунувшись в райское блаженство, я невольно застонала. Пожалуй, в жизни не принимала ванны прекраснее.

Снова покосившись в сторону Леви, я увидела лишь жесткую линию его плеч. Он казался куда напряженнее, чем секунду назад.

— Не завидуй. Пойдешь купаться следующим.

— Мне нужна вовсе не ванна, — низко отозвался он.

Шумно выдохнув, я огляделась в поисках чтива. Лишь книга могла помочь расслабиться и выкинуть из головы тот факт, что в паре метров от меня стоит фиктивный муж.

Вот только поблизости ничего не обнаружилось. Приподнявшись и прикрыв грудь руками, я тихо выругалась: нужный томик остался лежать на кровати.

— Что такое? Налил слишком горячую воду?

— Да нет. Оставила книгу на кровати.

— Сейчас принесу.

— Ты же меня увидишь, — пискнула я, поспешно скрываясь под водой.

— Прикрою глаза рукой, а потом сразу выйду.

— Ладно, — тихо отозвалась я. — Спасибо.

Пересекая комнату, Леви подхватил томик в мягкой обложке и направился к джакузи. Насухо вытерев ладонь, я потянулась за книгой, попутно проверяя, действительно ли он не подглядывает.

Подглядывать Леви и не думал, из-за чего напрочь промахнулся мимо протянутой руки. Он рефлекторно попытался перехватить падающую книгу, дернувшись вниз ровно в тот момент, когда я сама подалась вперед. Томик удалось спасти от падения в воду, но тут до меня дошло: глаза Леви распахнуты, и смотрит он прямо на меня.

На абсолютно голую меня.

Он судорожно вдохнул, и я, кажется, тоже забыла, как дышать.

По телу разлился обжигающий жар, не имеющий ничего общего с температурой воды. Леви жадно скользил по мне взглядом, а я вдруг поймала себя на мысли: непонятно, хочу ли я, чтобы он немедленно отвернулся, или чтобы продолжал смотреть так вечность.

Но тишину следовало срочно чем-то разрядить, иначе я рисковала просто взорваться на месте.

— Молчание расценивать как оскорбление, или ты благоговеешь от восторга?

— Б-благоговею. Определенно благоговею, — выдавил Леви, сглотнув, и я вдруг осознала, что еще никогда не видела его таким.

Черт. По идее он должен был перевести все в шутку.

— Я... Знаешь, тебе ведь все равно рано или поздно пришлось бы это увидеть, — пробормотала я.

— Не уверен, что будет достаточно.

От хрипотцы в его голосе перехватило дыхание – намек считывался безошибочно. Леви хотел большего.

И, судя по мгновенной реакции тела, я тоже этого хотела.

Сердце отчаянно забилось о ребра. Согласие вертелось на кончике языка, но жалкие остатки здравого смысла вопили о том, насколько это провальная затея. В конечном счете мне же будет больнее.

— Не стоит, — голос предательски дрогнул, став едва различимым. — Это все усложнит.

Леви плотно сжал губы, но все же сделал шаг назад. Затем еще один.

А в следующую секунду скрылся за дверью.

— Черт, — вырвалось у меня, стоило остаться в одиночестве. Кожа горела от фантомных прикосновений, которые я сама же и отвергла. И пусть умом понимала всю правильность решения, сердце упрямо твердило обратное.