Нам достался номер для новобрачных на самом верхнем этаже. Огромная кровать была усыпана лепестками роз, а прямо по центру красовались поднос с шоколадом и охлажденное шампанское. Изголовье представляло собой сплошное зеркало – специально для того, чтобы парочки могли во всех подробностях видеть все, чем они занимаются.

Я тут же сделала кадр: такое фото отлично зайдет, когда придется хвастаться нашим «идеальным» медовым месяцем.

А внутри все сжималось от дикого нервного напряжения.

Я понятия не имела, какие у Себастьяна планы на эту поездку. Не знала, когда он наконец проявит инициативу и решит «закрепить» наш брак. Знала только одно: если он попытается сделать это до того, как я смою с себя грязь дороги и посплю хотя бы пару часов, я просто сброшу его с балкона.

Но он даже не удостоил меня взглядом. Просто уселся за небольшой столик на двоих, достал из сумки ноутбук и с головой ушел в работу.

Я лишь хлопала глазами, гадая: да сколько у него вообще может быть этой гребаной работы? Чем он там занимается, что ему нужно круглые сутки быть приклеенным к технике? Неужели от него бы убыло, прояви он хоть каплю интереса к своей новоиспеченной жене?

Я стряхнула с себя оцепенение и решила принять душ. Закончив, нанесла макияж: я знала, что если Себастьян все-таки соизволит посмотреть на меня, то должен увидеть меня во всей красоте.

— Замазывай веснушки, Лили, — всегда твердила мама. — Мужчины не любят изъянов.

И я всегда слушалась. Моя кожа ненавидела меня за это, да и я сама себя отчасти ненавидела, но это ведь всего на пять лет. Я справилась бы.

Я не спеша намазалась лосьоном с ароматом лаванды и ванили, которых пахнул просто умопомрачительно. Из ванной я вышла в шелковой майке на тонких лямках и коротких шортиках – демонстрация моего идеального тела, поданная под соусом полной непринужденности.

Себастьян мельком мазнул по мне взглядом, и его глаза задержались буквально на полсекунды дольше обычного, после чего он снова уткнулся в ноутбук.

Я почувствовала себя полной дурой. Я же выглядела ровно так, как положено! Мои крашеные белокурые локоны так соблазнительно рассыпались по плечам. Шелковая пижама была вершиной сексуальности. Это должно было сработать!

Но тут накатила дикая усталость, и я даже обрадовалась, что мне не придется изображать из себя страстную тигрицу и изображать интерес к сексу прямо сейчас. Мне нужен был отдых. Не глядя на него, я пересекла номер и забралась на кровать. Дорогие, мягкие простыни казались райским блаженством для моих только что выбритых ног, и я чуть не застонала от одного этого ощущения.

Интересно, придет ли Себастьян ко мне в итоге? Может, доделает свои дела, разбудит меня и попытается что-нибудь изобразить?

Но он не пришел.



Я проспала четырнадцать часов. Когда я проснулась, Себастьян снова работал. Он переоделся, но простыни рядом со мной были абсолютно нетронутыми, словно он и не ложился вовсе.

Этот парень вообще человек?

Я ничего не стала ему говорить, просто прошла в ванную проверять, в порядке ли макияж. Увидев в зеркале свое безупречно накрашенное лицо, я едва подавила приступ злости. Я же все сделала правильно! Почему он не проявил ни капли интереса?

Выйдя обратно, я понятия не имела, чем себя занять. Он был погружен в работу, и ему было плевать, чем я занята. Мне нужно было попросить его попозировать со мной для фоток, но я даже смотреть на него не хотела после того, как он так хладнокровно меня проигнорировал.

Я села на кровать, судорожно соображая, как все исправить. Мне казалось, что я выгляжу идеально, но что вообще для него «идеально»? Нужно еще меньше одежды?

Я прикусила губу и решила выложить еще один козырь.

— Я к бассейну, — объявила я перед тем, как переодеться в бикини. Дверь в ванную я намеренно оставила открытой, чтобы он мог уловить мой силуэт, стоит ему хотя бы поднять глаза от своего дурацкого ноутбука.

Вместо этого он меня просто проигнорировал.

Я надела солнцезащитные очки и прозрачную накидку – чисто для создания видимости скромности. Впрочем, она облегала все нужные места, и белая ткань поверх черного купальника смотрелась чертовски выигрышно.

Выходя, я громко хлопнула дверью ванной, и Себастьян наконец-то поднял голову. Его рот приоткрылся, но слова так и не вырвались. На скулах проступил румянец, и я могла бы поклясться, что его взгляд мгновенно потемнел.

Но эта вспышка исчезла так же быстро, как и появилась.

— Уверен, что не хочешь пойти со мной? — спросила я с дразнящим двусмысленным подтекстом.

— Нет, я занят, — отрезал он.

— Мне тебя не хватало ночью.

Угх. Слова прозвучали фальшиво и дико. Я спала без задних ног и понятия не имела, был ли он вообще рядом.

— Я спал на диване.

Да ладно тебе, серьезно?

— Ну что ж, — произнесла я сладким и легким тоном, вопреки бушевавшей внутри буре. — Тебе всегда рады рядом со мной.

— Я... буду иметь это в виду.

И с этими словами он снова ушел с головой в работу.