— Слушай… — я запнулась, сглатывая застрявший в горле ком. — Тебе нужно вернуть деньги за декор?

— С чего бы это?

— Ну, ты же сам сказал, что мы приехали только за надувным матрасом.

Он вздохнул:

— Лили, я сам предложил пройтись по отделу. Было бы странно с моей стороны сначала предложить, а потом заставить тебя платить.

Логика в его словах была, но я все равно не ожидала от него такой последовательности.

— Ладно, — выдохнула я. — Тогда спасибо.

Разумеется, я понимала, что материальные вещи не делают человека счастливым. Но, возможно, заботливый жест мужа в адрес жены все-таки способен на мелкое чудо.

Всю дорогу домой я молчала, пытаясь связать неожиданную мягкость Себастьяна с тем образом, к которому привыкла. Связать так и не получилось.

Дома он накачал надувной матрас в гостиной. Я тем временем оформляла экспресс-доставку двух нормальных матрасов из ближайшего салона на завтра. Покончив с делами, я опустилась на пол, все еще переваривая события дня и разом вспомнив, что мне вообще-то нужно садиться за рукопись, а я еще строчки не написала.

Мой агент с меня шкуру спустит.

Но в голове был такой раздрай, что писать я просто не могла. Мы с Себастьяном впервые провели вместе так много времени, и это оказалось… вовсе не ужасно. Кажется, это был самый длинный отрезок времени без работы за все годы, что я его знала.

— Готово, — сказал Себастьян, отключая насос. — Надул.

Внезапно наступившая тишина вернула меня в реальность. Я достала наши новые пледы и расстелила их. Себастьян остался сидеть на полу, откинув затылок на стену. Я легла на бок, ожидая, что он тоже устроится рядом.

Когда он не шелохнулся, я повернулась к нему:

— Ты можешь лечь, знаешь. Я не стану тебя пинать или что-нибудь в этом роде.

Он долго молчал, и я уже решила, что он меня игнорирует. Но потом он тихо произнес:

— Я не хотел сюда ехать.

— В этот дом? — переспросила я. — Ты все еще можешь уехать в отель, если хочешь. А если тебе сам дом не нравится, то… даже не знаю, чем помочь.

— С домом все в порядке, — вздохнул он. — Я про весь этот переезд. Нэшвилл. Новый филиал. Я этого не хотел.

— А я думала, ты счастлив. Тебе же доверили целый филиал.

— Наверное, должен быть, — тихо отозвался он и посмотрел мне прямо в глаза. — Мы провели вместе целый день, и ты не сделала ни единого кадра. Ты настолько расстроена, что нас заставили сюда переехать?

Честно говоря, я просто забыла про фото. Я давно не жила жизнью, в которой каждый шаг нужно было выкладывать напоказ.

Хотя от меня ждали именно этого.

— Конечно, я злюсь из-за переезда, — сказала я. — Это последнее, чего бы мне хотелось.

— Тогда извини, — его голос звучал тихо и смиренно. — Я бы поборолся против этого решения, если бы знал, что ты против.

— Для тебя это огромное повышение, — ответила я. — Я понимала это, потому и согласилась.

— Ты можешь слетать в Лос-Анджелес, когда захочешь. Я знаю, что Джесси там.

— Нет, — резкая боль сжала грудную клетку в тиски при одном упоминании ее имени. — Для меня там почти ничего не осталось.

— И что я могу сделать? — спросил он.

Я ненадолго задумалась, глядя в потолок.

— Не бери в голову, — тихо сказала я. — Глупости это.

— И все-таки. Скажи.

— Просто ложись, — попросила я. — Ложись рядом со мной и… ну, подержи меня за руку, что ли.

От собственной просьбы мои щеки вспыхнули огнем. Я ждала, что он тяжело вздохнет – будто его заставляют делать то, чего он хочет меньше всего на свете, – и едва прикоснется ко мне.

Но Себастьян лег без единого слова протеста. Он потянулся к моей ладони и переплел свои пальцы с моими.

— Извини, что я так взъелась из-за твоего повышения, — тихо сказала я.

— Не извиняйся, — отозвался он. — Я и сам не в восторге.

— Но почему? Разве ты не этого хотел?

— Наверное, я должен быть счастлив, но все это ощущается скорее как наказание, чем как повышение. Вынужденный переезд явно не входил в мои планы.

Я зажмурилась, изо всех сил сдерживая слова, рвавшиеся наружу. Я ненавидела Мартина, ненавидела отца за то, что он втянул меня в это, и ненавидела то, что мы оба оказались здесь против своей воли.

— Спи, Лили, — мягко произнес он. — Тебе нужно отдохнуть.

Я лишь кивнула, хотя щеки все еще горели от прикосновения его руки. Понятия не имею, почему мне было так хорошо, но его тепло рядом успокаивало. В кои-то веки я почувствовала себя живым человеком, а не призраком в собственной оболочке.

Было до тошноты досадно, насколько сильно мне это нравилось. Но, погружаясь в сон, я так и не смогла заставить себя пожалеть о том, что попросила его держать меня за руку.

ГЛАВА 4



Я проснулась в гостиной совершенно одна.

С трудом продрав глаза, я села. Спина дико болела после дешевого надувного матраса. Себастьяна нигде не было. Арендованная машина тоже исчезла.