Брюс возвращается с футляром и открывает его передо мной.

Внутри лежат мои маски.

Каждая отличается от остальных.

На некоторых вырезан звериный оскал, другие совершенно гладкие, без всякого выражения.

Я никогда не надеваю одну и ту же маску две ночи подряд.

Толпа никогда не знает, кого именно получит, когда я выйду поиграть.

Сегодня мои пальцы задерживаются над матово-черной маской.

У нее нет рта.

Глазницы пустые.

Она не скрывает того, кто я.

Мужчина с рогами.

Дьявол в клетке.

Я беру ее в руки и переворачиваю.

Ее вес ощущается почти правильным.

А когда она на мне, мужчине внутри меня становится гораздо проще исчезнуть.

Я надеваю маску, и мир вокруг словно сужается.

Мое дыхание эхом отдается внутри, а поле зрения ограничивают темные отверстия для глаз.

В груди поселяется знакомое спокойствие.

Снаружи шатра то нарастают, то стихают голоса, и я поворачиваю голову на звук.

Сегодня толпа особенно нетерпелива.

Ну и пусть.

Дьяволу наконец позволено выйти поиграть.

И я намерен стать именно тем монстром, которым они меня считают.

Может быть, я даже увижу ее…

Глава 4

Каин

Я беру предложенный мне темный напиток и выпиваю его залпом, прежде чем шагнуть в шатер «Делириума». Густая жидкость отдает резкой лакрицей, но это ничто по сравнению с тем, как пахнет воздух, когда я иду к толпе.

Страх. Кровь. Ржавчина. Все смешивается воедино, как симфония.

Напиток не заставляет их оставаться – он лишь пробуждает в них желание.

Музыка начинает искажаться с каждым моим шагом. По шатру мелькают вспышки света.

Я шагаю в круг красного света в самом центре шатра. Именно здесь я люблю выискивать свою добычу перед тем, как ночь вступит в свои права. Зрители один за другим заходят под полог, их губы блестят от черной жидкости. Шоу вот-вот начнется. Шоу, где распутство не знает преград, а настоящие монстры выходят поиграть. Некоторые клиенты сегодня не выберутся отсюда живыми, и именно этого карнавал и добивается.

Напиток тяжелым грузом ложится в груди, пока я оглядываю толпу. С каждым вздохом зрение сужается. Вот что напиток делает со мной – он заостряет мой контроль и позволяет монстру внутри меня вздохнуть свободнее.

Тот самый мужчина, что жаждал разоблачения, протискивается в шатер. Его улыбка становится шире, когда наши взгляды встречаются.

– Беги, – бормочу я.

Он так и делает.

Я настигаю его всего через пару шагов и валю с такой силой, что из легких у него выбивает весь воздух. Мои колени прижимают его к земле, а из горла вырывается булькающий смех. Я сдергиваю с него джинсы, оголяя задницу и выгибая его спину. Затем я сплевываю ему на анус и растираю слюну. Он стонет, прижимаясь в ответ к моей руке, и я вгоняю внутрь палец.

После я вытаскиваю член и прижимаю его к его входу. Обхватив рукой его горло, я рывком притягиваю его к себе и слегка вхожу внутрь, чтобы подготовить.

– Помни, ты сам этого хотел, – рычу я, наклонившись к самому его уху.

А затем вбиваюсь в него изо всех сил. Дюйм за дюймом, разрывая его изнутри, пока по моему члену не начинает стекать кровь. Блядь, от одного этого зрелища я едва не кончаю прямо в него. Кровь неизменно служит лучшей смазкой.

Его тело содрогается, он обмякает в моих объятиях, а по лицу катятся слезы. Но он даже не пытается вырваться. Он сдается мне, наслаждению. И боли. Я упираюсь руками в его плечи и продолжаю яростно вколачиваться в него, пока мои яички не наливаются свинцом. Издав утробный стон, я начинаю дрожать, когда оргазм пронизывает все тело. Вскоре за мной кончает и он – его тело бьется в судорогах, а анус судорожно сжимается вокруг моего члена, пока он изливается прямо в грязь.

Я вытаскиваю член. Даже не утруждаюсь проверить, в порядке ли он, прежде чем отправиться на поиски новой жертвы для забавы.

Ко мне с криком бросается женщина, раскинув руки и умоляя о пощаде – она падает на колени еще до того, как я успеваю к ней прикоснуться. Она утыкается лбом в землю прямо перед моими ботинками.

– Жалкая, – бормочу я, переступая через нее.

Хищники не берут то, что уже сломано. Я хочу сам ломать их. А не быть тем, за кем наблюдают со стороны, пока это происходит.

Я углубляюсь в шатер, выискивая тех, кто жмется к занавескам, пытаясь спрятаться от царящего вокруг хаоса. Как раз те люди, которые еще не сломаны. Именно им суждено встретиться с дьяволом.

Красная лента привлекает мое внимание краем глаза. Я поворачиваюсь в ту сторону и встречаюсь взглядом с пронзительными синими глазами. Теми самыми, что сегодня наблюдали за мной. Той самой, что стояла в задних рядах толпы, не произнеся ни звука. Она смотрит на меня. Преследует меня взглядом, пока я делаю к ней шаг. Все остальное растворяется на заднем плане. Но не так, как раньше, не под воздействием напитка. Кажется, будто во всем мире существует только она одна.