— Мне просто нравится видеть тебя каждый день.

— И почему все должно измениться?

— Мы все еще можем потусоваться?

— Сибил Сент-Обин, этим летом мы оторвёмся по полной. Ты только подожди. Если я не буду в тюрьме.

— Ты только что сказала… почему ты должна быть в тюрьме? Аури, что ты планируешь?

— Ничего такого, о чем бы ты не беспокоилась своим большим мозгом. Увидимся завтра.

— Аврора! — крикнула она, когда Аури повесила трубку.

Она знала, что если Сибил будет настаивать на своем, то она пропадёт. Ей нужно было сделать это одной. Ей нужно было исправить свою любительскую ошибку, прежде чем она сможет снова пойти к матери. Если она снова обратится к матери. Может быть, вместо этого она обратится к Куинси. Он бы ей поверил.

Дело в том, что она обожала миссис Фэрборн. Но означало ли это, что она должна позволить ей избежать наказания за убийство? Если бы она так поступила, если бы позволила своим чувствам повлиять на её способность поступить правильно, принести облегчение семьям, потерявшим близких, что бы это с ней стало?

Круз не отвечал на сообщения, и её охватило беспокойство. Оставалось только надеяться, что отец наказал его, но не более того. Она и раньше совершала ошибки, но эта была катастрофой на нескольких уровнях. Она не подумала об этом заранее, когда решила взять закон в свои руки.

Пока она ждала от него вестей, она немного углубилась в происхождение ожерелья. Оно было так искусно вырезано, но даже если бы оно относилось к Римской империи, а это не так, оно все равно стоило бы всего несколько тысяч долларов.

Судя по тому, как семья говорила в интервью, которое они дали одному репортёру, это ожерелье было семейной реликвией и по сентиментальности стоило больше, чем все материальные ценности, которыми они владели. Они утверждали, что пропавшая девушка, Эмили Пресс, была их бедной родственницей и украла его, когда приезжала в гости

Она подняла фотографию кулона и снова изучила её, увеличивая то так, то эдак. Овал, в который была вставлена камея, даже не был настоящим золотом. Он был латунным, громоздким и не слишком красивым, а с возрастом покрылся патиной.

— Пепперони с ананасом, — сказала бабушка, протягивая Аури ломтик.

Аури вышла из приложения камеры и рассмеялась, глядя на тарелку.

— Это не похоже на ананас.

— Да, они его забыли. Я могу отправить его обратно.

— Нет! — Аури вскочила и выхватила у нее тарелку. Она умирала от голода. Видимо, еда в тюрьме не полагалась.

— Что ты делаешь? — спросил ее дедушка. Он протянул ей стакан газированной воды с клюквой.

— Спасибо, дедушка. Просто делаю домашнюю работу.

— Если ты хочешь поговорить о чем-нибудь…

— Ты имеешь в виду то, как я разрушила жизнь двух своих лучших друзей, возможно, из-за меня уволили маму, и разочаровала всех, кого я знаю и люблю?

— Да, — сказал он с шутливой ухмылкой. — Но не всех.

— Вы не разочарованы?

— Пожалуйста, — фыркнула бабушка. — Ты даже не представляешь, через что пришлось пройти нам с твоей матерью. Ты не могла разочаровать нас хуже, чем в тот раз, когда она устроила вечеринку, пока нас не было в городе, и пригласила целую банду байкеров под названием «Эль Чоппос», которые использовали мои лифчики, чтобы стрелять водяными шариками в соседский дом.

— О, — сказала Аури, искренне обеспокоенная.

— Она оправдывалась тем, что разрешила им использовать только мои старые лифчики.

Дедушка строго посмотрел на нее. — Если ты пообещаешь не приглашать в наш дом мотоциклетные клубы, думаю, все будет в порядке.

Она хихикнула.

— Обещаю.

— Тогда все в порядке, орешек.

— Всегда?

— Всегда, — сказал он.

После трех кусков пиццы, двух стаканов газированной воды и полутора часов поисков Аури нашла родственников Эмили Пресс, женщины, пропавшей с ожерельем.

Насколько Аури могла судить, Билли Прессу, владельцу автосалона в Амарилло, штат Техас, на вид было около тридцати лет. Если её расчёты были верны, он приходился правнуком дяде Эмили, а значит, был её двоюродным братом, пусть и дальним. Она нашла его в Инстаграме и отправила ему сообщение с прикреплённым снимком ожерелья, сообщив, что изучала дело его кузины, и спросила, не узнает ли он кулон.

Может быть, сообщение и было немного поспешным, но её семья заслуживала того, чтобы узнать, что случилось с Эмили, и заслуживала того, чтобы вернуть ожерелье.

Но что потом? Милая миссис Фэрборн попадёт в тюрьму? Из-за Аури? Из-за её вмешательства? Из-за её внутренней потребности исправить мир? Семьи заслуживали того, чтобы узнать правду, но прошло уже несколько десятилетий. Может, правда подождёт еще немного.

Тем не менее у нее была важная информация по «замороженному» делу. Могут ли её обвинить в препятствовании правосудию, если она не расскажет правду?