— Ладно, — сказала она, спрыгивая с табуретки, — я устала, я зла, и мне нужно многое обдумать.

— Подсказки?

— Нет, углеводы. Мне нужно переварить много углеводов. У меня был слабый момент по дороге сюда.

— Надеюсь, ты не думаешь, что садишься за руль?

— Нет. — Она бросила ему ключи. — Ты ведёшь. Нам нужно попасть в Санта-Фе.

Он надулся.

— Я тоже пил.

— Ты сделал три глотка.

— Меня наказывают за то, что я не был буйным?

— Как ловля плохих парней является наказанием?

По его красивому лицу скользнула овечья ухмылка.

— Хорошо сказано.

Глава 29

Если однажды, когда вы станете знаменитым, люди будут говорить: «Я работал с ней», «Мы были друзьями на Фейсбуке» или «Я не удивлён, что она использовала топор», немедленно запишитесь к нам на приём.

ВЫВЕСКА В ЦЕНТРЕ ПСИХИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ ДЕЛЬ СОЛЬ

 

Час спустя Куинси подвёз Сан к дому старой подруги, и она оказалась в ее гостиной, попивая бокал шардоне и вспоминая старые добрые времена. Нэнси еще не было дома, но Сан могла подождать. И она дождалась.

Услышав, как зазвенели ключи в замке на двери, она отставила бокал и стала наблюдать за тем, как женщина заходит в тёмный дом. Она включила свет в гостиной, повернулась и увидела Сан.

— О Боже! — сказала она, схватившись за сердце. — Саншайн? Какого черта? Ты меня до смерти напугала.

— Привет, Нэнс. Давно не виделись.

Женщина, высокая клубничная блондинка с широкой улыбкой и огромными карими глазами, опустила сумку и насторожилась. Оглядевшись по сторонам, словно ожидая, что из темноты появится группа сотрудников правоохранительных органов и арестует ее, она настороженно спросила:

— Как вы сюда попали?

Сан подняла ключ.

— Ты все еще хранишь его в том же месте. И, как я вижу, до сих пор засиживаешься допоздна.

Нэнси соскочила с каблуков, посмотрела на открытую бутылку вина и достала из шкафа бокал. Она подошла и налила себе пару унций, дрожащей рукой ударяя бутылку о ободок изящного бокала.

— Чему я обязана таким удовольствием? — спросила она Сан.

— Скорее, кому, — ответила Сан. — Одно имя. Уинн. Равиндер.

Нэнси плотно сжала губы, изучая вино.

— Человек, чья ДНК была на куртке?

— Тот самый.

Она отвлеклась от своих мыслей. — У меня нет здесь досье. Что тебе нужно было знать?

— Как он это сделал.

— Я только провожу тесты, Сан. Ты это знаешь.

— Нет, точно. Знаю. Мне просто интересно, как он заставил тебя изменить их для него.

Она очень долго ничего не говорила, а потом одним глотком выпила напиток и налила еще.

Сан приняла это за признак вины. — Я думаю, что ты ищешь слова: «Он шантажировал меня». Или «Он угрожал мне». Или, черт возьми, даже: «Он заставил меня выполнить его просьбу, обнаружив мою слабость к «Орео» и предложив мне годовой запас». Что угодно, только не «Я сделала это, потому что люблю его». Это слишком банально.

Она опустила взгляд.

— Я действительно люблю его.

— О, Боже, Нэнси. — Сан потерла лицо кончиками пальцев и встала, чтобы посмотреть в окно, за которым открывался потрясающий вид на ночной Санта-Фе, — её ярость была слишком велика, чтобы оценить её.

Ее подруга всегда была не в ладах с головой, но изменять результаты анализа ДНК? Теперь каждый тест, который она когда-либо проводила, будет поставлен под сомнение. Каждый человек, осуждённый на основании обработанных ею улик, будет отброшен. Людей, виновных в убийствах, изнасилованиях, растлении и торговле любым количеством преступников, теперь придется судить заново или вообще выпускать на свободу.

То, что Сан собиралась сделать, было неэтично, но она не могла этого допустить. Если бы она могла помочь. Она должна была знать.

— Не волнуйся, Сан, — сказала Нэнси срывающимся голосом. — Он не любит меня в ответ.

— Сколько?

— Ты не понимаешь. Он спас жизнь моему брату в Аризоне. Они собирались убить его.

— Сколько дел, Нэнс? Сколько ты подделала?

— Только одно, клянусь. Ты знакома с моим братом. Кевина не было бы в живых, если бы не Уинн.

— Он смотрящий, Нэнс. Твоему брату, вероятно, даже не угрожала реальная опасность. Скорее всего, это была подстава, чтобы подмять тебя под себя. Чтобы приберечь тебя на чёрный день.

— Нет, это случилось много лет назад. А потом мы начали переписываться. — она отвела взгляд. — Ну, в основном я писала ему. Он никогда не просил меня ни о чем до сих пор.

— Вот как они работают. Ну же, Нэнси. Ты не можешь быть такой наивной.

Когда она ничего не ответила, Сан сделала единственное, что могла сделать в этой ситуации.

— Завтра утром ты уйдешь в отставку.

На ее лице отразилась абсолютная паника.

— Я не могу.

— Ты уволишься, или я передам тебя в полицию СФПД. Все твои дела… Это будет беспорядок, и ты это знаешь.

Она подняла подбородок.

— Это будет твое слово против моего.