— Мне тоже. — Сан сжала ее руку. — Я думаю, эту историю нужно рассказать. Мир должен знать, кто был настоящим убийцей.

— О, не беспокойтесь об этом. У меня есть твоя плутоватая дочь, которая работает над этим.

О-о. Не зная, хорошо это или плохо, Сан согласно кивнула.

— Мортимер не ожидал того, что обрушил на нас огненный шквал. Семья до смерти хотела вернуть ожерелье. И, откровенно говоря, они готовы были сотворить небо и землю, чтобы получить его. Они поручили всевозможным следователям прочесать весь город и все окрестности. У нас в городе даже были родовитые Пинкертоны.

— Ничего себе, — сказал Квинси. Когда-то он и сам хотел стать Пинкертоном. Аллан Пинкертон был его героем с тех пор, как он прочитал о том, как этот человек спас жизнь Линкольну и помог Подземной железной дороге.

— Но я не думал, что ожерелье стоит так много.

— По словам семьи, это не так. Сказали, что он им нужен из сентиментальных соображений.

— Вы не купились на это, — сказала Сан.

— Ни в коем случае. Но мой муж вбил себе в голову, что она стоит для них больших денег, и собирался потребовать своего рода выкуп. Тем временем детективы начали понимать, что вскоре после этого пропало больше, чем несколько человек, которые останавливались в нашем пансионе. Это выглядело не очень хорошо.

— И тогда вы догадались?

— Я рассказала Мортимеру об убийствах, прежде чем он успел отправить требование о выкупе. — Она сделала еще один глоток. — Скажем так, Билли Пресс был не первым человеком, умершим на моей кухне.

Квинси и Сан в унисон откинулись назад.

— Вы убили его? — спросил Квинси.

— И да, и нет. Я сказала ему, что собираюсь все рассказать шерифу, и он категорически не захотел этого делать. Хотел убить меня тостером. Когда он его схватил, я быстро включила его в розетку, и он ударил себя током. — Она покачала головой. — Я все время говорила ему, чтобы он починил эту старую штуку.

Сан прикрыла рот рукой и прочистила горло. Это было ужасно и смешно одновременно.

— Но когда вокруг бегали детективы, а теперь еще и Мортимер мёртв, я боялась, что они подумают, что убийца — я. Поэтому я похоронила его на заднем дворе, посадила сверху вишнёвое дерево и на этом закончила.

В этот раз Квинси прикрыл рот под видом глубокой задумчивости. Он нахмурил брови и все такое.

Сан согласилась. Образ миссис Фэйрборн, спешащей подключить тостер, чтобы ударить мужа током, был слишком сильным, но они с Квинси находились в одной из тех сюрреалистических ситуаций, когда давали клятву группе людей, мотивы и лояльность которых обычно — но не всегда — совпадали с законом. И они дали клятву соблюдать этот закон, так что же произойдёт, если это окажется не так? Когда одно из решений группы противоречит их клятве? Что им тогда делать?

Действия миссис Фэйрборн явно были самообороной. Но в одном можно было быть уверенным: следующие несколько месяцев будут интересными. Сан в этом не сомневалась.

— Как вы уже догадались, — продолжала миссис Фэрборн, — я не выдержала. Чувство вины пожирало меня заживо. Поэтому примерно через неделю после этого, я пошла к шерифу, этому старому ублюдку Кэмпбеллу Скотту, и во всем призналась. — Она хихикнула. — Видели бы вы его лицо, когда я ему рассказала.

— Он не думал, что вы сможете это сделать?

— О, нет. Он знал, что у меня это получится. Я встречалась с ним до встречи с Мортимером. Проблема была в том, что у него был роман. Он нашел себе молодую кобылку на стороне, и я знала об этом. Когда он понял, что я знаю правду и он может потерять все те блестящие деньги, на которых женился, он сказал мне, что я ошибаюсь, что Мортимер — убийца. Сказал, что я запуталась. Сказал, что я — мое любимое слово — истеричка.

Ах. Одно из любимых слов Сан.

— Он сказал мне, что они нашли человека, ответственного за пропавших за эти годы людей. Сказал, что у бродяги по имени Геркулес Холмс был бумажник одного из пропавших людей.

— Кто такой Геркулес Холмс? — спросил Куинс.

— Как он и сказал. Бродяга, оказавшийся не в том месте и не в то время.

— Но как человек, проезжающий через город, может быть ответственен за все эти смерти других людей за эти годы? Разве детективы не подумали об этом?

Она покачала головой.

— Им было все равно. Как только Геркулес сбежал из тюрьмы, их единственная зацепка исчезла. Им не на что было опираться, а у семьи не было возможности вернуть ожерелье. Когда через две недели Геркулеса нашли мертвым, расследование заглохло.

— Они так и не нашли того, кто его убил?

— Нет. И забавно, что мне самой никогда не предъявляли обвинений. Наверное, Кэмпбелл решил, что если я буду молчать, то и он будет молчать.

Сан недоверчиво усмехнулась.

— Не очень-то это на вас похоже.