— Я в порядке. — сказал он, и резкость в его тоне невозможно было не заметить. — Если бы это было не так, то ты, шериф Викрам, узнала бы об этом первой.

Сан постаралась не придавать этому заявлению слишком большого значения. Ей это не удалось. На ум приходили миллионы интерпретаций, когда он явно сарказмировал.

Рохас вопросительно поднял бровь.

— Спасибо, Тоби, — сказала она медику. — Они правы, Леви. Тебя должен осмотреть врач.

Он сглотнул, его стоический фасад треснул.

— Я должен быть на дороге и преследовать этот гребаный грузовик. И я был бы там, — он окинул дядю смертельным взглядом. — Если бы кто-то не спрятал мои ключи.

Удивившись, Сан бросила на коренастого блондина, наблюдавшего за происходящим со стороны, взгляд, полный недоумения. Клэй Равиндер был последним из дядей Леви, который еще оставался в округе, и он был таким же теплым и заботливым, как гадюка. Если он удерживал Леви от поездки за грузовиком, значит, у него была на то причина, и она не имела ничего общего с благополучием Леви.

— Спасибо. — сказала она ему, ей было любопытно, что он скажет.

Он ничего не сказал. Вместо этого он пососал зубочистку и окинул её взглядом.

Мило. Она снова повернулась к сидящему перед ней расстроенному мужчине. Подошла ближе. Понизила голос.

— Я могу тебя арестовать.

Не позволяя противнику занять верхнюю позицию, он издал прерывистый вздох и встал во весь свой сексуальный рост.

— За что именно? — его голос, такой же глубокий и насыщенный, как и темные волосы, наполнил теплом её нижние области.

Черт возьми, ей нужно было взять себя в руки. Она сглотнула и ответила:

— За то, что ты упрямый засранец.

Он позволил аппетитной ухмылке смягчить свое избитое лицо.

— Это проступок или тяжкое преступление?

— А это имеет значение?

— Я пытаюсь решить, стоит ли это тюремного заключения.

Внутренности Сан сделали кувырок. Только когда он осмотрел её так же беззаботно, как летней ночью, она вспомнила, что на ней нет лифчика. Она зачесала назад прядь волос, чтобы прикрыть рукой свои обнажённые достоинства. Конечно, он не мог этого заметить из-за летнего свитера, который был на ней, но его взгляд задержался на этом месте слишком долго, что наводило на мысль о том, что она могла ошибиться в маскировочных возможностях свитера.

— Ну что ж, — сказал он, кажется, придя в себя, когда его взгляд вернулся к её глазам, — Раз уж мы заговорили об этом, тебе нужно провести токсикологический анализ.

Она нервно рассмеялась.

— Я сделала всего два глотка.

— Кит Сибрайт — бывший спецназовец. Он выживальщик и лучший боец рукопашного боя, которого я когда-либо встречал.

— Молодец. — сказала она, благодарно кивнув. — Я всегда надеялась, что у него все получится. Кто такой Кит?

Одна косая бровь приподнялась.

— Человек, которого чуть не зарезали?

Она вернула внимание к себе, пытаясь взять себя в руки. Она не видела его уже несколько месяцев, поэтому увидеть Леви Равиндера вблизи было все равно что принять героин.

— Точно. Точно. — она схватила ручку и блокнот смущённого Рохаса и начала делать заметки. Заметки, которые, вероятно, уже были у её помощников. — Кит Сибрайт. Где вы с ним познакомились?

— То тут, то там.

Отлично. Она собиралась получить загадочного Леви. Из всех его личностей загадочный не был её любимым. Ей больше нравился кокетливый Леви. Или похотливый Леви, хотя она видела его всего один раз в жизни. Дважды, если считать их последнюю встречу в его спальне, но он был крайне измотан. Вряд ли он был в здравом уме.

К тому же в первый раз он был пьян, так что…

Она сделала вид, что записывает его слова.

— То тут, то там. Хорошо, как давно ты его знаешь?

— Дольше, чем большинство. Но не так долго, как другие.

— Верно. Дольше, чем большинство. Не так долго, как…

— Мы закончили?

Она подняла на него глаза.

— Торопишься?

— Мне нужно найти тех людей.

Она опустила ручку.

— Это расследование, мистер Равиндер. Тебе нужно отправиться в больницу и позволить нам делать свою работу. Почему ты хочешь, чтобы я проверила твоего друга на токсины?

Он вздохнул и отвернулся, раздраженный тем, что его задержали.

— Потому что его ударили ножом. Несколько раз.

— Насколько я понимаю, трое мужчин с ножами сделали это.

Он подошел ближе.

— Ты не понимаешь. Их могло быть и десять, и он бы справился с ними, не дрогнув. Он из тех, кого называют элитой. Ни за что на свете три тощих сопляка не справятся с ним. Они должны были накачать его наркотиками. Подмешали что-то в пиво или ввели транквилизатор.

— Леви… — начала Сан, но он остановил её, нахмурившись.

— Когда он вышел из бара, он не двигался. Он сопротивлялся, но было похоже, что он пьян.

— Следовательно, он вышел из бара.

— Где он выпил одно пиво. Сибрайт не пьёт столько, чтобы опьянеть. Не тогда, когда он на работе. Он солдат до мозга костей.

— Он был на работе?