Охранники идут за мной по пятам мимо столовой, где работает еще одна моя подруга. Арика от Гупты. Столовая забита столами, скамейками и голодными людьми, ищущими, чем бы подкрепиться поздно вечером. Арика стоит за стеклянной кухонной стойкой; ее черные волосы завязаны в пучок, а смуглое лицо улыбается, пока она накладывает на тарелку сырную пасту.

Я едва не машу ей рукой, ведь мне следовало бы найти время и для нее тоже. Она — повар на моем корабле, «Гладиане». Когда-то я пообещал ей, что никогда от нее не отвернусь, но уже поклялся Брайс, что сегодня вечером увижусь с ней.

Рабочие Ордена кланяются, когда я прохожу мимо.

Без Брайс Скайленды бы пали. Она пошла против своего собственного народа и стала самым важным человеком в войне против Нижнего мира. Ход войны изменился, когда она раскрыла секрет, что у многих лантийских шпионов в основании шеи имеются симбионты. Это помогло нам понять, кто среди нас враг.

Но для меня она гораздо больше, чем просто герой. Она — девушка, которая поцеловала меня на палубе «Гладиана» и показала, что по обе стороны кислотных облаков есть хорошие люди.

Я поднимаюсь на лифте, и охранники следуют за мной по устланному ковром коридору до самой двери. Они не сопровождают меня в огромные покои.

В мою тюремную камеру.

Я переступаю порог, закрываю дверь и бросаю трость на кровать. В моих покоях царит кавардак из разбросанной одежды и пустой посуды.

Надо бы прибраться до прихода Брайс.

Я стаскиваю перчатки зубами, раздеваюсь и иду в душ. Вскоре горячая вода успокаивает ушибы и снимает напряжение в плечах. Вытеревшись и переодевшись в удобную рубашку и брюки, я слышу стук в дверь.

Сердце слегка подпрыгивает. Она здесь. Мы будем вместе ужинать, смотреть на звезды в телескоп и разговаривать. Я пообещал, что мы ни разу не упомянем дядю.

Я распахиваю дверь, внутренне готовясь насладиться временем, проведенным вместе. Вот только сразу отступаю назад, а затем задираю голову на огромную фигуру, возвышающуюся надо мной.

Паунд от Этвуда.

«Конрад», — хмыкает он и протискивается мимо меня в комнату.

Я растерянно моргаю. Стоящие снаружи охранники смотрят на меня, но я качаю головой и закрываю дверь.

«Я немного занят, Паунд. Кое-кого жду».

Он тяжело расхаживает по моей комнате — двухметровое лысое чудовище с мощными мышцами и массивными плечами. Ему семнадцать, как и мне. Паунд и я когда-то были наследниками семейной вражды, длившейся поколениями. Я — из Урвинов, он — из Этвудов. Но с тех пор мы отбросили эту драму и стали заклятыми друзьями. И все же он остается несносным куском птичьего дерьма.

И что хуже всего, его здесь быть не должно.

Держа в руках небольшую коробку, Паунд осматривает комнату, и его лицо морщится от отвращения.

«Что за зачуханный беспорядок», — ворчит он. «Здесь воняет Урвинами».

«Паунд, сейчас придет Брайс».

«Значит, ты и правда ешь в одиночестве», — произносит он, замечая тарелки на подносах. «Арика говорит, ты даже не спускаешься в столовую».

«Я занят».

Он усмехается:

«Занят?»

«Мне нужно убить его, Паунд».

«Тогда сделай это».

«Это не так просто».

Он тяжело шагает в мою сторону — огромный, словно чудовище — и нависает надо мной.

«Тебе не нужен Стратег, чтобы придумать план против монстра подобного рода, Конрад. Просто возьми свою трость и разбей ему морду».

Я понижаю голос. «Не уверен, что смогу».

Он тычет мне в грудь своим пальцем размером с окорок. «Почему?»

«Он сильнее меня».

«И что? Если бы вы сразились сто раз на арене для дуэлей, думаешь, он победил бы тебя все сто раз?»

«Скорее всего».

Паунд пристально смотрит на меня, а затем хмурится. «Ты ноешь как маленький лотчер».

Я выдыхаю и массирую лоб. Худшее, что я мог бы сделать после того, как не видел Брайс несколько дней, — это встретить ее в скверном расположении духа.

«Паунд, давай поговорим об этом позже. Брайс сейчас придет, и…»

«Она не придет».

Я замираю. «Что?»

Он прыгает на ближайший диван. «Она сама мне сказала. Но ты давай, постой у двери, подожди ее».

Я открываю рот, потом закрываю. Это Брайс настаивала на том, чтобы мы провели этот вечер вместе. Мысли крутятся, пока сердце не сжимается, и я начинаю понимать, что это может означать. Возможно, ей больно. Ее народ истребляют, а меня не было рядом. Я отменил столько совместных ужинов, потому что… потому что был так сосредоточен на Дяде.

Желудок скручивает от ужасного сожаления. Мне нужно увидеть ее. Сейчас же. Исправить это.

Паунд хлопает по месту рядом с собой, зовя меня именем матери. «Элиза, присядь».

Я подумываю проигнорировать его и выйти в коридор. Но через несколько секунд нерешительно опускаюсь на кресло рядом с его диваном.

«Я разбирал свои вещи». Он постукивает по помятой коробке рядом с собой. «Я принес тебе кое-что, чтобы помочь пережить утрату».

«Утрату?»

«По Мастеру Коко».

Я замолкаю. «О».