Глава 1

Ответа на свое «всё куплю» я так и не дождался, южане переглянулись и сразу умолкли, а держать паузу дольше них у нас умеет разве что староста, мне до такого далеко. Так что я снова взялся за мастерок, топка за разговорами подросла мне уже до пояса, и бросать ее ради торга, которого не будет, глупо.

Под свод мужики сколотили кружало из обрезков опалубки, а шамот по дуге я вел сам, на ребро, по ряду с каждой стороны, чтобы наверху они сошлись. Дело уже можно сказать родное, такое я уже клал, да и пролет тут совсем скромный.

— Дерево сожжешь? — старший покосился на кружало и нахмурился так, что мне стало неловко за всю нашу опалубку, у них ведь каждая доска привозная.

— Вынем, как закончу, — я стукнул по дуге костяшкой. — Дальше свод держит себя сам, каждый кирпич упирается в соседа, и падать им некуда, разве что всем вместе.

— А если все сразу упадут? — подал голос третий из глубины шубы.

— Тогда, значит, я криво положил, — признался я, и тот понимающе спрятал нос обратно.

Третий за это время опять засел за шамот, но брак теперь отбрасывал не беззвучно, как поначалу, а с коротким презрительным фырканьем, и подносчики, наслушавшись его, сами начали простукивать кирпичи, прежде чем нести их ко мне.

Мужики тоже не скучали и протянули к поддувалу цепочку глиняных труб от будущей крыльчатки, а в стенке со стороны бочки мы оставили окно под ее торец и выложили вокруг него кольцевое корытце для песка. Урдах, проходя мимо с охапкой, притормозил над этим хозяйством.

— Круглое зачем? — прорычал он.

— Сюда бочка войдет горловиной и будет вертеться, — я изобразил руками, как она ляжет. — Жар из топки пойдет к ней внутрь, а навстречу ему покатятся сырые глиняные шарики. Пока доберутся до огня, вздуются и станут легкими, вроде пемзы.

Вертящуюся печку Урдах себе представлял, похоже, с трудом, но допытываться не стал, хмыкнул и ушел к штабелю, завтра все равно увидит своими глазами.

Отвечать мне не жалко, только разговор в одни ворота быстро надоедает, поэтому дальше спрашивать взялся я, благо за день вопросов у меня набралось не меньше, чем у гостей.

— А вас там вообще много? — я стряхнул с мастерка раствор. — Народу, в смысле.

— Много, — старший помедлил. — Если все придут к вашей реке пить, она кончится.

Сказано красиво, а главное, доходчиво, у кого вода расписана по чашам до следующего дождя, тот и людей своих, видать, считает ведрами. Я-то, наслушавшись про их засуху, решил, что города у них не больше нашей деревни, а раз такую ораву не напоить даже здешней речкой, которая между делом крутит колеса, счет у них идет на такие числа, каких в Пороге и не слыхали.

— А воинов среди вас сколько? Ну, тех, у кого Сила.

— Мало, — отрезал старший. — Сила приходит не к каждому.

— А остальные тогда как от Диких отбиваются?

— Стоят на стене, — Урдах пристроил кирпичи у моего локтя и выпрямился. — Человек без Силы у нас унесет то, что ваши таскают вдвоем.

— А он? — я показал глазами на шубу.

— Он мерзнет, — невозмутимо пояснил старший.

— Еще как, — подтвердили из шубы.

Мне сразу вспомнилась вчерашняя ночь и плита с канавы, которую Урдах поднял в одиночку без усиления Основой. Я еще решил, что мне попался редкий экземпляр, а наш гость по южным меркам, может, даже не силач, а так, обычный работяга.

Старший между тем перевел взгляд на дальний конец ленты, где каменщики поднимали головку, и следил за ними не мигая, раньше такой чести удостаивались только мои руки.

— Ваши медленные, — вынес он наконец приговор.

— Шов поведешь вкось, Хорг тебя самого в эту кладку замурует, — буркнул каменщик с ближнего края, не оборачиваясь.

— Это хорошо, — одобрил старший. — Ваши смотрят. Каждый кирпич видят. Наши льют камень сколько скажут, а ваши сперва думают, куда.

Насчет медленных он прав, рядом с Урдахом наши вообще стоят на месте. Зато внимательность эту в них вбил глоткой Хорг, а закрепил Корш, и получается, что крик вместе с арифметикой дают каменщика, который сначала глядит, а потом кладет. Надо будет Хоргу передать, что его хвалили южане, хотя он, скорее всего, и на меня рявкнет, чтобы не отвлекал.

— Ну и в чем тогда проблема с камнем-то вашим? — я воткнул мастерок в корыто, раз уж разговор пошел серьезный. — Народу у вас полно, руки сильные. Отправляйте отряды гастарбайтеров, мы всех примем, стройки на всех хватит!

Третий попробовал выговорить незнакомое слово и на середине сдался.

— Звучит глупо, — прямо отозвался старший. — Построим дома для вас, а что дальше?