Поскольку драка наша у автохауса проходила без применения огнестрельного оружия или площадных заклинаний — на жизнь города она особенно не повлияла. Разве что весь личный состав местного отделения полиции — аж двадцать человек — катался теперь по улицам на своих машинах, похожих на бэтмобили, и создавал видимость активной работы.

Мы двигались к улице Келебримбора по бульвару Нимродэли, и я все пытался понять, как решить проблему с аллеей. Моего внутреннего резерва хватит на одно или два дерева, ну или — на укоренение саженцев, не более того. Жизненную энергию я на лечение своих товарищей потратил, они сильно пострадали. Переломы, внутренние повреждения органов — артельщиков месили всерьез. Когда обычного человека или гнома избивает горный тролль — сам факт выживания уже говорит о недюжинной крепости организма и психики!

В общем — потратился я на товарищей. А тут — аллея…

— Скажите, а… — Я замешкался, не зная, как обратиться к полицейской.

— Настя, — вдруг совсем по-женски представилась она. Но тут же исправилась: — Вахмистр Евражкина!

— Скажите, вахмистр Настя, а с коммунальщиками местными вы дружите? Может, у них какие-то деревья под ликвидацию, или где-то траву нужно изничтожить… — вслух размышлял я. — Мне чтоб где-то что-то вырастить — нужно где-то что-то со свету сжить, понимаете?

— Вот как? — Ее лицо стало очень заинтересованным. — Я сейчас позвоню Ванисиль Бамбреголовне, может быть, и получится что-то такое найти!

Пока симпатичная, но кибернетическая Евражкина звонила неведомой Ванисиль Бамбреголовне, Кулага корчил рожи. Натурально кривил губы, морщил нос и пыхтел.

— Ты чего? — спросил я.

— Поверить не могу, что ты этой чешуей занимаешься, — пожал плечами он. — Магнолии какие-то… На кой-хрен тебе это надо? Заплати им денег и наплюй!

— Во-первых — денег у меня нет, они у Лангбольцена. Во-вторых — что значит наплюй? Это же экологический баланс! Я деревья угробил? Угробил! Надо компенсировать!

— Кому — надо? Что ты, блин, зациклился на этих деревьях?

Я почесал затылок. У нас с ним явно понимания в этом вопросе не имелось.

— Ты обертку от мороженого в мусорку кидаешь или под ноги?

— Конечно — в мусорку!

— Ну!

— Баранки гну, это не одно и то же!

— А вот и да!

— Елы-палы, ты реальный эльф какой-то! — раздосадованно махнул рукой он. — Там ТАЗ надо забрать, мужиков из участка встретить, и…

— В смысле — ТАЗ забрать? — озадачился я.

— А! Ты еще не знаешь? Кхазады — это такой ушлый народ, ты представить себе не можешь! — обрадовался Кулага смене темы. — Все машины из автохауса конфискованы и переданы в собственность сервитута. И уже выставлены на торги! Намного дешевле.

— Э-э-э-э… — удивился я такой оперативности.

Всего-то часа три прошло, а они вот так вот быстро все организовали. Ну надо же!

— Так там ни одной легальной тачки нет, сплошь — краденое или пересобранное!

— А владельцам возвращать…

— Пф! — фыркнул Руслан. — Кто-то помер, кто-то в юридике живет, другие машины и вовсе контейнеровозами с Большой земли пригнали, где там владельцев искать? Это сервитут, всем насрать. Лангбольцен ТАЗ тут же выкупил, не выходя из отделения полиции! И сэкономил триста грамм золота!

— Ай-ой! — только и смог вымолвить я. — Вот это хватка.

— А то! Это вам не магнолии отращивать, это — бизнес!

— Тьфу на тебя, вредный ты человек, — отмахнулся я. — Хочешь — иди сам за этим ТАЗом, а я свой вопрос закрою.

— Ну и пойду! — сказал Руслан. — Пригоню «Проходимец» к участку… То есть — к отделению. А тебя препоручаю заботам Настеньки, вот она уже по телефону договорила и строго на нас смотрит.

И пошел. Лангбольцен, похоже, серьезно ему доверял, после того как увидел, как Кулага размахивает дорожным знаком, раз позволил распоряжаться имуществом артели. А я против не был — пусть занимается. Мы с полицейской Настасьей занялись аллеей.

Ваниль Бамбарбиевна… То есть — Ванисиль Бамбреголовна — оказалась серьезной эльфийкой уманьярской наружности в голубом рабочем комбинезоне, оранжевых резиновых сапогах и с оранжевыми перчатками за поясом. Она руководила зеленым строительством в Эльфин Коу и являлась заместителем директора местного Горжилкомхоза. Эта важная дама быстро провела нас к небольшой неухоженной зеленой зоне чуть в стороне от улицы Келебримбора.

— Здесь будут делать мемориал Эльфийским Добровольцам, за Веру, Государя и богохранимое Отечество жизнь положившим. Деревья, кустарники и трава все равно будут здесь удалены, все закроют плиткой… Можете работать, ваша светлость!