С почти не сходящей с лица ухмылкой я продолжала ласкать его одной рукой, а другой уперлась ему в грудь, толкая на спину. Я оседлала его бедра, и он простонал:

— Детка, я когда-нибудь говорил тебе, что ты можешь делать со мной все, что захочешь? Вообще все. Только, блядь, не прекращай прикасаться ко мне.

Скользнув выше по его телу, я отпустила его член и устроилась на его бедрах, наклоняясь для поцелуя. Я втянула его язык в свой рот, отчаянно желая ощутить его вкус, и изменила положение так, чтобы его толстая головка уперлась в мой вход. Медленно, сводя с ума, я начала насаживаться на него. Моему телу все еще требовалось время, чтобы привыкнуть к его размеру, даже после оргазма.

Келлан вцепился в мои бедра, цепляясь с отчаянием, которое отражалось в напряжении на его лице и шее. Но он не торопил меня — наоборот, казалось, он наслаждался предвкушением, пока я наконец не опустилась до конца.

Я на секунду замерла, давая себе привыкнуть, и мое лоно сжалось и напряглось от ощущения такой полноты. — Клянусь, ты так глубоко, что я чувствую, как ты переставляешь мои внутренности, — простонала я, покачивая бедрами.

Руки Келлана скользнули вверх, обхватив мою грудь, его пальцы прошлись по соскам, пока те не затвердели и не заныли. — Скачи на мне, моя милая пара. Возьми свое удовольствие.

Мои бедра уже двигались, вращаясь и притираясь к нему, пока потребность вытесняла ясность и осознанные мысли. — Я хочу доставить удовольствие тебе, — сумела я выговорить. — Это твоя награда.

Ладно, и моя тоже, если быть до конца честной. И все же я была полна решимости не кончать, пока этого не сделает Келлан.

Он толкнулся вверх, перехватывая немного контроля и продолжая сжимать и ласкать мою грудь, доводя меня до исступления. Я-то хотела посмотреть, как Келлан потеряет голову подо мной, но самообладание уже теряла я сама.

Хантер никогда не позволял мне контролировать ситуацию в спальне, и хотя в основном мне нравилась более покорная роль, иногда было приятно взять инициативу с Келланом.

Честно говоря, пока что все, чем они делились со мной в сексуальном или эмоциональном плане, работало, и я задумалась, какой будет динамика, когда я буду связана со всеми пятью могущественными оборотнями.

От одной этой мысли у меня перехватило дыхание.

ГЛАВА 37

ЭММИ

— Сегодня вторая часть разминки — в звериных обличьях, — прокричал Слэйд, а я наклонилась вперед, судорожно вдыхая воздух, и уперлась руками в колени в надежде, что это поможет мне устоять на ногах.

Мы пробежали всего три круга, а я уже выдохлась. Эта хрень ведь должна скоро стать полегче, правда?

Прошло несколько дней после нападения на залы совета, и хотя ведьму взяли на допрос, она умудрилась покончить с собой в камере предварительного заключения. Каким-то образом.

При ней не было ни заклинаний, ни известных им средств для остановки сердца, но к тому времени, как ее пришли допрашивать, она была мертва. Джулс осмотрела тело и высказала мнение, что ведьму мог устранить ее собственный ковен. Опять же, каким-то образом.

Другие ковены допрашивали, но пока никаких доказательств наличия еще одного предателя не нашли. Каждый раз, когда Джулс появлялась в доме, чтобы доложить новости альфам, вместе с ней появлялось и покалывание в моих конечностях, и я хоть убей не могла понять, почему моя волчица так сильно реагирует на магию.

Впрочем, сегодня у меня не было времени об этом беспокоиться, ведь передо мной стоял ряд полуголых оборотней. По крайней-мере, до тех пор, пока широкая грудь в черной футболке не заслонила мне вид.

— Пора обращаться, Снежок, — скомандовал Слэйд, наклоняясь и окутывая меня своим запахом. Он всегда заканчивал разминку на несколько минут раньше всех, но на нем никогда не было ни капли пота, ни признаков усталости или напряжения.

Единственный раз, когда я видела его уставшим, был, когда нас похитили, и ему пришлось сражаться с тем заколдованным домом в Силвер-Сити за нашу свободу.

Несмотря на прохладную погоду, я сегодня вышла в спортивном топе и длинных легинсах. Когда мои пальцы коснулись края топа, глаза Слэйда потемнели.

— Не отвернешься? — поддразнила я.

В ответ он поднял футболку, проводя тканью по всей длине своего рельефного торса. Каким-то чудом мне удалось удержать язык за зубами.

— Ни за что, Снежок. Я твоя охрана, помнишь? Не могу спускать с тебя глаз.

— Что ж, — выдавила я, — тогда можешь считать меня своей охраной тоже.

И, надо сказать, я была очень довольна своей новой должностью.

Теперь его татуировки с драконами напоминали мне о Слэйде и Тэлоне — как темный и светлый противостоят друг другу в своих звериных ипостасях. У меня появились новые теории о том, что означает этот вечный знак на теле Слэйда. Я верила, что часть его сущности всегда знала о существовании недостающего кусочка его души. Его родственной души.