Шарканье позади заставило меня обернуться. Я увидела Хантера, который боролся с магией; его лицо побагровело, а глаза светились золотом. Он открыл рот, и, клянусь, я услышала: — Убей его.

Соренсон подтвердил это, издав жалобный, мурлыкающий звук.

— Хант, ты же не всерьез. Мы дружим с самого детства.

Лицо Хантера стало еще мрачнее и краснее, пока он сопротивлялся чарам. Я обнаружила, что уже встала и спешу к нему. Когда я коснулась его груди, к моей руке прилипла какая-то клейкая субстанция — магия покрывала его, словно слизь. Чтобы удержать столько могущественных альф, требовались сильные чары, и я задалась вопросом: неужели мы вот-вот встретим одну из этих древних ведьм Термейн?

— Убей его, — снова сумел прохрипеть Хантер, на этот раз громче.

Воздух наполнил рев Слэйда, и он вырвался из связывавших его пут. Осколок магической энергии ударил меня, и я вздрогнула от ожога. Слэйд терпел эту боль… Теперь я и вправду собиралась исполнить приказ Хантера и убить Соренсона.

Дракон запрокинул голову и снова взревел в небо, а ожоги на его теле уже заживали. Сверкнув светящимися зелеными глазами, он шагнул вперед и столкнул Финли с Соренсона. Он обхватил горло предателя и оторвал его от земли.

— Как ты посмел угрожать нам, — прогремел Слэйд. Его голос был гортанным и полным драконьей ярости. — Прощайся с жизнью, тигр.

Соренсон ничего не мог сказать, его глаза вылезли из орбит. Еще одно сжатие — и Слэйд раздавил оборотню горло. Но и на этом он не остановился. Подняв другую руку, он накрыл ладонью лицо тигра. С отвратительным хрустом он оторвал Соренсону голову и не отпускал, пока конечности тигра не перестали дергаться.

Испытывая удовлетворение, но в то же время легкую тошноту от столь жестокой смерти, я повернулась к Хантеру, не зная, как он воспримет гибель друга, когда уже ничего нельзя вернуть вспять. Он говорил нам всем, что они умрут за содеянное, но, возможно, это был лишь гнев.

Я надеялась, что теперь он не пожалеет о своем решении. Хотя в тот момент ярости ничто не смогло бы остановить Слэйда.

Выражение лица Хантера оставалось холодным и безразличным. Когда он наконец прорвался сквозь заклятие, то подхватил меня на руки и крепко, защищающе прижал к себе.

— Детка, — прорычал он, — ты в порядке?

Наклонив голову, чтобы осмотреть его, я с облегчением увидела, что на его коже больше нет этой липкой магии.

— Конечно, в порядке. Меня даже не тронули. А ты как?

Он уткнулся лицом мне в шею.

— Да, теперь в порядке.

Слэйд бросил тело и голову тигра, которая откатилась на пару футов и осталась лежать, словно жуткий трофей.

— Это убьет остальную его стаю? — спросила я, не зная, как это работает у неполных квинтетов.

Хантер коротко пожал плечами.

— У каждой стаи по-разному. Зависит от того, кто является ее сердцем, у кого самые крепкие узы и насколько слабы их звери. Лично я надеюсь, что они все теперь мертвы. Это избавит нас от необходимости выслеживать этих неверных ублюдков позже.

Слэйд подошел к нам, вытирая руки о черные штаны, что лишь слегка стерло кровь, покрывавшую дракона. Он осмотрел меня так же внимательно, как и Хантер, и, похоже, убедился, что я в порядке.

— Что случилось? — спросила я их. — Как Соренсон вообще сюда попал?

— Он попросил о встрече, — коротко ответил Слэйд, — а потом устроил нам засаду с помощью магии. Когда он вошел, ведьмы не было видно, и никакая посторонняя магия в город не проникала. Я до сих пор их не чувствую.

Хантер зарычал и на мгновение сжал меня крепче.

— Так как, черт возьми, они это сделали?

Губы Слэйда сжались в тонкую линию. Было ясно, что он не только не знает ответа, но и в ярости из-за этого.

Когда я выглянула из-за Хантера, чтобы проверить Келлана и Финли, которые тоже начинали приходить в себя, на улице снова произошел всплеск магии.

Слэйд нахмурился, глядя поверх голов.

— Джулс, — пробормотал он. — Должно быть, она почувствовала заклинание…

Он оборвал фразу, и я подумала, не пришла ли нам всем в голову одна и та же мысль. Джулс была в городе, но появилась только после того, как нападение закончилось.

— А что, если ведьма, которая им помогает, — это Джулс? — выпалила я. — Так они могли проникнуть в город незамеченными. Вы все считаете ее союзницей, а она шныряет по этому чертовому месту, как у себя дома.

Хантер открыл было рот, чтобы возразить, но не смог вымолвить ни слова. Если в мире и была ведьма, которой он доверял, то это Джулс. Ну, насколько вообще можно доверять ведьме.

— Я всегда удивлялся, почему она годами терпела наше дерьмо, — пророкотал Слэйд. — Но так и не смог найти на нее ничего компрометирующего. Если она предательница, то свою игру вела хорошо.

Слишком, блядь, хорошо.

Джулс вышла в толпу, магией таща за собой оборотня и держа руку на горле своей пленницы. Пленницы, которую я очень хорошо знала: Коры.