Раскинув крылья так широко, как только позволяло это замкнутое пространство, я сосредоточился на каждом из оборотней, выискивая знакомые лица и запахи. Никаких следов — ни визуальных, ни по запаху — Блэйна не было, но я нашел следующего по важности оборотня: Донни. Второго по силе и единственного, кроме Блэйна, члена Совета Альф.

Тяжело приземлившись, я раздавил нескольких оборотней, и мой дракон уже собирался сожрать одного, пока я не напомнил ему, что мы не едим мусор. Тогда он стряхнул переднюю лапу, словно та была осквернена, и двинулся дальше.

Пока мы топали вперед, мой хвост хлестнул и задел двух других оборотней, отправив их в полет к стене. Келлан восторженно взвыл и, тряхнув головой, провел рукой по своим светлым волосам, пачкая их кровью и грязью.

— Бро, это было охрененно круто. Я люблю быть волком, но дышать огнем и давить ублюдков своей тушей — это просто вершина альфа-мастерства. Самая, блядь, вершина. Ты же знаешь, я прав.

Из пасти моего зверя вырвался дымный фырк — знак веселья. Кто бы мог подумать, что в мире найдется два оборотня, способных пробиться сквозь безумный, непредсказуемый нрав моего дракона. Хантер помогал мне сохранять рассудок, а Эмми и Келлан — оставаться человеком.

Финли был так же сломлен, как и я, но он был еще одним напоминанием о том, почему мне никогда нельзя терять контроль.

Слишком много оборотней, которые были мне небезразличны, находились на линии огня.

Когда мой зверь добрался до Донни, мои когти сомкнулись на его теле, сжимая достаточно сильно, чтобы из этого жалкого ублюдка вырвалось несколько свиноподобных визгов. В прошлый раз я его почти убил, и мой зверь испытывал удовлетворение от того, что мы наконец-то сможем довести дело до конца.

— Да, теперь ты в полной заднице, — весело крикнул Келлан, и я заметил, как расширены его зрачки, пока он подпрыгивал на месте. — Тебе бы лучше продолжать визжать как свинья и выкладывать все темные секреты Блэйна, если не хочешь страдать ужасно. Мучительно. Невыносимо. Ты…

— Говори, где, блядь, наша омега! — рявкнул Хантер, его терпение окончательно лопнуло.

И не только у него. Я сжал когти сильнее, позволяя их кончикам впиться в бок Донни. Еще немного давления, и они пройдут сквозь его тело, как горячий нож сквозь масло. Требовалось немалое мастерство, чтобы ранить, не убив мгновенно, и я надеялся, что он ценит то умение, которое демонстрировал мой дракон.

Воздух наполнился запахом мочи — Донни не сдержался, и мои когти едва не соскользнули, оторвав ему голову. Этот слабовольный, жалкий недоальфа действовал мне на последние нервы.

— Куда они увезли Эмми? — еще раз прорычал Хантер, подойдя к моей ноге и стараясь не задеть меня, хотя в этой форме отвращение к прикосновениям срабатывало редко.

Когда ответа так и не последовало, мои когти вонзились чуть глубже — скоро я задену важные органы, а исцеление альфы после атаки дракона было почти таким же медленным, как у человека.

— Они в Техасе! — раздался чей-то крик неподалеку.

Моя хватка ослабла, и Донни захрипел. Я повернул голову и увидел на земле еще одного члена их стаи, который корчился от ран, полученных, когда я наступил на него ранее.

— Я не знаю, где именно, — продолжил он с выражением боли на лице, прижимая руки к животу, — но нам приказали вылететь через несколько дней, чтобы начать собираться в большем количестве. Для войны.

Хантер склонил голову и встретил мой взгляд. Он был одним из немногих, кто обладал достаточной силой, чтобы заглянуть прямо в глубину драконьих глаз. Несколько дней. Это означало, что все, что задумал Блэйн, произойдет скоро. Но при чем здесь Эмми? Какую роль она играла в этом плане?

Она была целью с самого начала, во время обоих похищений. И хотя Эмми сказала нам, что причина та же, по которой они причинили боль ее матери, она так и не раскрыла, что это была за причина.

Мы снова сосредоточились на Донни, и Хантер сказал:

— Слэйд не убьет тебя, если ты все нам расскажешь.

Я бы рассмеялся над этой абсолютной, гребаной ложью, но у дракона не было голосовых связок для такого звука.

— Может, тебя и покалечат, но у тебя есть шанс выжить.

Я позволил своим когтям войти еще немного глубже, и теперь они пронзали органы.

Донни вскрикнул, задыхаясь на следующем вдохе.

— Марфа, Техас. Они в подземном бункере.

Он раскололся так легко, что стало почти грустно. Но чего еще можно было ожидать от бесполезного куска дерьма с таким самодовольным альфой.

— Что они собираются с ней делать? — Келлан шагнул вперед, по пути пнув другого оборотня в голову. Золотому нужно было многое, чтобы выйти из себя, но когда это случалось, он превращался в сущий ужас.

Донни несколько раз кашлянул, в мокроте виднелись брызги крови. Я определенно задел жизненно важный орган.

— То же самое, что мы сделали с ее гребаной матерью.