Крупица ясности пробилась сквозь холодное, смертоносное намерение моего зверя, и мы сменили направление, следуя зову нашей стаи. Если этот укол в нашей связи что-то значил, то Хантер наткнулся на место, которое могло привести к нашей паре.

Я поднялся еще выше, над самыми облаками, и устремился через всю страну. Несмотря на изнеможение, запасы моей энергии казались бесконечными, словно я мог бы пересечь весь мир ради своей пары. Рано или поздно мое тело потребует отдыха и пищи, но сначала мы доберемся до Силвер-Сити.

Подпитываемый яростью и огнем, я летел, мысленно перебирая все, что произошло, и время текло странными урывками. До похищения Эмми мне не хватало лишь нескольких частей головоломки, но, очевидно, это были важные части.

Я не предвидел предательства Челси. Когда пришло то сообщение от Финли, Хантер покачал головой, словно не мог в это поверить, но мы учуяли ее запах у нашего дома и нашли проклятые книги в комнате Эмми, пропитанные магией. Это было неоспоримо.

Нас предал один из своих.

Стая Тенгард исчезла к тому времени, как мы ворвались в их дом — ладно, это и был первый лесной пожар — а затем и в их офисах. Сейчас у нас не было времени их выслеживать, но они стояли в списке сразу после того, как мы вернем нашу пару. Надеюсь, если инстинкты меня не обманывают, мы найдем их всех в одном месте.

Когда я приблизился к Хантеру и Келлану, мой зверь успокоился, ощутив связь стаи — единственное, что удерживало нас от погружения во тьму. Большую часть своей жизни Хантер сдерживал мою более кровожадную сторону. Моя связь с ним снова вспыхнула, и вместе с ней пришло ощущение боли и усталости. А также знание, что мои братья под ударом.

Охотиться. Убивать. Уничтожать.

Мой дракон снова вырвался на передний план, и я не стал ему мешать — его боевые инстинкты намного превосходили мои. Мы были уже в нескольких милях от Хантера и Келлана, их запахи в воздухе становились все сильнее, и я начал снижаться. Я мог летать выше коммерческих авиалайнеров, где было так холодно, что на моих крыльях и чешуе образовывался лед, и если бы не драконий огонь, я бы замерз. Наша энергия также помогала скрываться от радаров и человеческих глаз, позволяя чешуе сливаться с окружением.

Драконы могли управлять энергией и материей вокруг себя, и в основном это был инстинктивный навык, контролируемый моим зверем. Он не всегда делился секретами наших сил, и я давно научился принимать это как данность. Особенно когда это было полезно.

Когда я опустился ниже, на горизонте сгущалась ночь, и тени ласкали мою массивную фигуру. В поле зрения появились склады. Рев, крики и запах крови ударили в меня, когда я приземлился на крышу. Когти впились в металл и прорвали его, пока я не проделал достаточно большую дыру, чтобы спуститься в самый центр хаоса.

Хантер и Келлан стояли спина к спине в центре огромного склада, прорубаясь сквозь десятки оборотней. Они довольно успешно справлялись с основной группой, но тут в дальнем конце склада открылись двери, и появилось еще с десяток альф — многие из них были усилены магией.

Тот факт, что у них был доступ к таким сильным заклинаниям, вызывал беспокойство по многим причинам. Со времен последней войны оборотни и ведьмы враждовали, и впервые за многие годы на нас совершалось столько нападений с применением магии.

Надеюсь, Джулс уже разбирается с этой ведьмой-отступницей и выясняет, какой ковен за всем этим стоит.

Пикируя вниз, я позволил вихрям расплавленной лавы подняться из моего нутра, извергаясь наружу и испепеляя новоприбывших. Среди них не было никого из стаи Роджерс — единственных, кто был нам нужен живым.

В идеале — Блэйн, этот самодовольный альфа, поскольку он был в той старой хижине, откуда впервые забрали Эмми, и у него должно быть больше всего информации. Запаха остальных членов его стаи я там не учуял и теперь гадал, не были ли они по рангу ненамного выше тех середнячков-силовиков, которых мы убрали сегодня.

Пока мое пламя бушевало среди оборотней, Хантер откинул голову назад и одарил меня натянутой улыбкой.

— Думал, ты охотишься в Вашингтоне, — крикнул он.

Мой дракон взревел так громко, что задрожали окна и полопались барабанные перепонки, и все те придурки, что пропустили мое первое появление, теперь отчетливо осознали, что за ними пришла смерть.

Хантер покачал головой.

— Тоже рад тебя видеть, братец. Поможешь нам сцапать стаю Роджерс и выбить из них хоть какие-то гребаные ответы? Только постарайся не убивать людей.

Не проблема, братец. Не то чтобы я заметил здесь хоть одного человека, да и в любом случае мне было на них плевать.

Он кивнул, словно услышал меня, хотя мы никогда не могли по-настоящему общаться мысленно. Даже если порой были к этому очень близки.

Я предполагал, что если мы сформируем полный квинтет, наша связь изменится, и мы сможем общаться мысленно. Особенно в наших звериных обличьях. Предсказание, которому никогда не суждено было сбыться, если я не найду центр и ядро нашего квинтета.

Наше сердце. Мой Снежок.