— Блядь, я люблю тебя, пара, — сказал он, проводя языком по моим припухшим губам и снова целуя.

Я рухнула на его грудь, выдыхая рваными хрипами.

— Это было неожиданно, но охренительно невероятно, — просипела я, уткнувшись в его рубашку и смеясь над тем, как мы были полуодеты.

— Это ты невероятная, — парировал Хантер и внезапно встал, держа меня на руках. Он потратил секунду, чтобы поправить наши штаны и иметь возможность идти, оставаясь глубоко во мне, пока мое нутро все еще пульсировало вокруг его члена.

В своей комнате он полностью раздел нас, и я застонала, когда он наконец вышел из меня. Бывали дни, когда я ненавидела это чувство пустоты после секса со своими альфами.

Хантер отвлек меня душем. Он тщательно вымыл меня, а потом снова очень сильно испачкал. В конце концов мы были готовы ко сну.

Я скользнула под мягкие простыни и поймала себя на том, что задаю те же вопросы, которые мучили меня все те недели назад.

— Каким было твое первое изобретение? — Хантер резко повернулся и уставился на меня, моргая, словно я застала его врасплох. — О, и как тебе удалось создать компанию на миллиард долларов, когда твой отец был таким гребаным мудаком? Уверена, ему не понравилось, что ты стал зарабатывать больше него и вышел из-под его контроля.

Хантер проницательно наблюдал за мной, но в моих вопросах не было злого умысла. Лишь чистое любопытство. Любопытство и осознание того, что я слишком долго бежала от этой стаи, хотя должна была узнавать о них все.

Когда он скользнул под простыни ко мне, он обнял меня за талию и прижал к своей груди.

— К чему вопросы, детка? — спросил он, и я невольно усмехнулась.

— Да просто так, Ураган. Мне просто интересно узнать о тебе побольше. Я подумала, что стоит спросить в это затишье, пока мы не боремся за свои жизни.

Он на мгновение задумался.

— Да, логично. Моим первым изобретением на самом деле был расчет для тестирования, который сейчас используют для каталогизации запахов. Я хотел выйти из-под контроля отца, как ты и сказала, и нашел нишу на нашем рынке. Первоначальные тесты не давали хороших результатов совместимости, а поскольку я хотел найти остальных членов нашей стаи, это был двойной бонус. За два года это принесло мне мой первый миллиард. А дальше все пошло само собой.

Я уставилась на него с открытым ртом. Первый. Миллиард. Да, я была не готова осознать концепцию больше чем одного миллиарда.

— Это невероятно. Я так горжусь тобой, — сказала я, восхищенная своим гениальным альфой.

Он пожал плечами, словно в этом не было ничего особенного.

— Честно говоря, я всегда любил мастерить и использовал логику и математику, чтобы все раскладывать по полочкам и находить решения для любой проблемы. Это Слэйд придумал, как передать изобретение в нужные руки, чтобы Флетчер не ставил свои обычные палки в колеса. Было несколько рискованных моментов, но в итоге, как только все было запатентовано и стало нашим, он уже ничего не мог сделать, чтобы остановить меня. С тех пор я и развиваю «Ривз Индастриз».

Богиня, он был поистине выдающимся.

Он повернулся на бок ко мне, его взгляд скользнул по моим чертам.

— Я знаю, что большую часть своей юности и взрослой жизни ты была вынуждена бежать, но если бы у тебя была возможность заниматься чем угодно, что бы ты выбрала?

Я замерла, пытаясь вспомнить, задумывалась ли я когда-нибудь всерьез о карьере. Мне это просто не светило. Я работала официанткой, потому что такую работу можно было найти где угодно, и там часто платили наличными или только чаевыми. И не задавали лишних вопросов.

— Никогда не думала об этом, — призналась я, ненавидя, как жалко это прозвучало. — Может, что-то связанное с машинами или мотоциклами. Мне нравится бывать в мастерской, хотя я и не обучена механике. Или, может, выпечка. Мне нравится искусство создания еды.

— А твоя выпечка чертовски вкусная, — добавил Хантер, и теплый рокот его голоса зажег искру в моей груди. — Ты умная и способная, Эммелин Андерс. Ты могла бы заниматься чем угодно, но мне важно лишь то, чтобы ты была счастлива. Я поддержу любое твое решение, но просто знай: для тебя нет никаких ограничений. У нас есть ресурсы и деньги, и как только я избавлюсь от своего отца и разрушу его гребаный план, ты сможешь выбрать любой жизненный путь. Подумай об этом. — Он склонил голову набок. — В центре города как раз освободилось место для пекарни. С тех пор как «Челси Свитс» таинственно сгорели дотла. — Он ухмыльнулся на слове «таинственно», и я рывком приподнялась с его груди.

— Что, правда? Сгорел к чертовой матери? Как вы это умудрились сделать?

На его лице расплылась самодовольная ухмылка, но в подробности он вдаваться не стал. Покачав головой, я снова расслабленно прислонилась к нему, и как только моя голова опустилась ему на грудь, зазвонил его телефон. Он потянулся, схватил его с прикроватной тумбочки и, бросив быстрый взгляд на экран, с кривой усмешкой протянул его мне.