Нетерпение Акило тут же утихает, утоленное моим послушанием, но не исчезает. Мне еще предстоит выполнить одно задание. Вместо этого его присутствие сворачивается в уголке моего сознания, словно кошка. Наблюдая. Ожидая.

Содрогнувшись, я отворачиваюсь от бездны и присоединяюсь к товарищам, убирающим последствия бойни. Маркус, Анас и Джаспер, кряхтя, крушат алтари теми инструментами, что оставили норманны. Незавершенные фурии легко разбиваются, да и камень выдерживает недолго под непрерывным натиском трех Железосвязанных. Первый алтарь ломается с резким треском, который разносится по пещере, точно проклятие. Джаспер и Анас превращают свои в крошево несколько мгновений спустя, и дело сделано. Подозреваю, варвары смогут их заменить. Было бы слишком просто, окажись это концом их фурий, но надеюсь, восстановление займет уйму времени и обойдется им дорого.

Мы облачаемся в плотные бурые меха, снятые с наших противников, натягивая их прямо поверх лорик, чтобы скрыть доспехи. Я осматриваю своих людей с мрачным смешком. Никто из нас недостаточно бледен и светловолос, чтобы сойти за чистокровного норманна, но ночью и с накинутыми капюшонами это может сработать.

«Ладно, Dominus», — произносит Анас, когда работа закончена. «Что дальше?» Странно слышать от него уважение без тени сарказма. Я отворачиваюсь, чтобы он не заметил удивления в моих глазах.

«Прячемся,» — я указываю на руины вокруг. «Ждем темноты, а затем выходим через парадный вход».

«А когда те, которых мы убили, не поднимутся на поверхность по окончании смены?» — возражает Феликс. «Это наверняка вызовет какую-то тревогу».

«Когда нас привели сюда, было утро», — напоминаю я. «Сейчас на улице должен быть самый разгар дня, и мы не пройдем и сотни шагов, как кто-нибудь поймет, что мы не норманны».

«Думаю, мы не пройдем и пятидесяти», — сухо хмыкает Маркус, указывая на себя и Джаспера. Я бросаю им обоим по запасному капюшону из кучи одежды, чтобы они прикрыли головы. Любая мелочь поможет нам продвинуться как можно дальше от пещеры, прежде чем нас обнаружат.

«Так что у нас выбор: либо ломануться наружу и погибнуть, либо переждать и, возможно, остаться в живых». Я пожимаю плечами. «Я готов выслушать план получше, если он у вас есть».

Феликс хмурится, оглядывая пещеру. Мгновение спустя он обреченно разводит руками. «Если что-нибудь придумаю, дам тебе знать», — обещает он.

Мы устраиваем небольшой импровизированный лагерь, уютно устроившись между несколькими огромными глыбами, которые обрушились с потолка целую вечность назад. Мы вшестером сбиваемся в кучу, испытывая нехватку места и тепла. Стоит нам устроиться, усталость начинает накрывать меня волнами. Варвары гнали нас всю ночь напролет, преследуя по лесу. Я вымотался, и беглый взгляд на моих людей говорит, что они в том же состоянии. Желудок урчит, и я осознаю, как давно ел в последний раз.

«Вот», — бормочет Клинтус, протягивая мне кожаный мешок, который снял с одного из убитых рабочих. Я запускаю руку внутрь и достаю ломоть какого-то вяленого мяса. В восторге я запихиваю его в рот, а затем передаю мешок Маркусу. Оно сухое и с сильным привкусом — возможно, оленина, — но мое тело ликует, когда я с трудом проглатываю этот жесткий кусок.

«Мы выставим часового», — объявляю я, закончив жевать. Бойцы согласно кивают, принимая участие в дележке наших скудных запасов. «Кто меньше всего хочет спать?»

«Я», — тут же отзывается Маркус. Выглядит он измученным, но я доверяю ему.

«Здесь, внизу, нет ни Sol, ни Luna», — напоминаю я ему. «Сосчитай до пятисот четыре раза, а потом буди следующего».

«А почему бы мне просто не сосчитать до двух тысяч?»

«Если сможешь это сделать, не сбившись со счета, — пожалуйста». Великан усмехается, и его яркая улыбка на мгновение стирает усталость с лица. «Значит, пятьсот четыре раза».

«Я так и думал». Я прислоняюсь спиной к одному из камней, закрываю глаза и позволяю уютной тьме поглотить меня. Последнее, что я бормочу перед тем, как окончательно провалиться в сон: «Прошу меня извинить, вашему офицеру нужно немного поспать».

«Dominus…». Тихий голос вырывает меня из дремоты, а чья-то рука трясет за плечо. Я резко просыпаюсь, выпрямляясь, и реальность сокрушительным грузом обрушивается на меня обратно. Кажется, что я спал всего секунду. Усталость по-прежнему тянет вниз, пытаясь удержать, но страх помогает вырваться из ее тисков.

«Тсс», — приказывает Феликс, скорчившись рядом со мной. Остальные парни уже проснулись и наблюдают за нами с мрачными выражениями лиц. «Они здесь». Высокий легионер делает мне знак следовать за ним, и мы вместе выглядываем из-за одного из валунов, укрывающих нас.

Группа из примерно дюжины норманнов вышла из туннеля, ведущего ко входу, и пробирается через подземелье, высоко подняв факелы. Они идут неторопливым шагом, и их смех доносится до нас, пока они направляются к месту работы. Это следующая смена, и они еще не осознали, что что-то не так.