Я отказываюсь дотрагиваться до него. Я иду к ступеням, чувствуя, как натягиваются швы на боку. Я ощущаю жар от огня, пульсирующую боль в ране. Дымящаяся яма была вырыта и разведена достаточно давно, чтобы большие куски мяса почти прожарились; содранная кожа существа, я с облегчением замечаю, что она выглядит как обычная оленина, коричневая и хрустящая. Неужели они охотились слишком близко к Стене, когда зверь напал?

Я ступаю на сцену, гадая, каков может быть конечный план Ярека.

Он смотрит на меня с яростью за то, что я отвергла его руку, а затем поворачивается к толпе. Он привел себя в порядок. Только потому, что я стою близко, я замечаю синяки и ссадины от сегодняшней битвы. Я смотрю на толпу. Большинство жителей ожидают чего-то. Они голодны, и им предлагают неожиданную еду. Как и я, они понятия не имеют, что затеял Ярек.

— Прежде чем мы начнем пир, боюсь, у меня есть трагические новости, — говорит Ярек деревне, его голос разносится над площадью.

В толпе поднимается взволнованный гул.

Он поднимает руки.

— Среди нас предатель!

Гул превращается в рев. Яреку требуется несколько минут, чтобы вернуть контроль над аудиторией.

— Именно так, — говорит он. — Один или несколько ваших соседей или, возможно, даже член вашего собственного Дома обнаружили внутри Стены тайник с едой, оставленный нашими Основателями. Они приберегли её для себя, пока остальные из нас голодают! Мы не знаем, где они её нашли, но это эгоистичное, нечестивое поведение подрывает основы нашей благословенной Долины. Нам нужна помощь каждого, чтобы искоренить зло в наших рядах.

Шок распространяется по толпе, как лесной пожар. Я не могу поверить в наглость Ярека. Он пытается свалить свои преступления на невиновных! Но затем я осознаю гениальность этого хода. Обвинитель — это последний человек, которого можно заподозрить в преступлении.

— Откуда ты знаешь? — кричит голос с задних рядов. — Какие у тебя есть доказательства, что кто-то прячет еду, оставленную Основателями?

Отряд Стражей немедленно проталкивается сквозь толпу, чтобы найти смельчака, но Ярек останавливает их взмахом руки.

— Это справедливый вопрос, — восклицает он. Он лезет за пазуху своего плаща и достает две жестяные банки, размером с колоду карт.

— Смотрите, копченая рыба! Деликатес времен До Того.

Он держит банки на виду. Кроваво-красное и золотое сияние жестянок сверкает в свете костра. Редкая еда, должно быть, выглядит для наших голодных жителей как спасение.

— Мы обнаружили эти банки во время патрулирования внутреннего периметра, эти и многие другие, многие из них пусты, потому что предатель ел их. Мы держим контрабанду под замком ради всеобщей безопасности. Однако, — говорит он, делая паузу для эффекта, — Совет согласился предложить эти две банки в качестве награды тому, кто выдаст предателя.

Толпа напирает, прижимая тех, кто стоит ближе к сцене, к дереву, вышибая из них дыхание, когда люди лезут вперед, чтобы рассмотреть получше.

— Назад! — кричу я. — Вы причиняете боль тем, кто впереди!

Но жители не успокаиваются, пока Ярек не прячет еду обратно под плащ.

— Наше обнаружение предателя вместе с еще одним нападением дикого животного прямо сегодня, которое стоило нам двух жизней Стражей, влечет за собой необходимое изменение правил.

Толпа издает коллективный вздох от этого ужасного заявления. Двое Стражей мертвы.

— Из-за участившихся нападений и предателя среди нас комендантский час будет перенесен по понятным причинам, — продолжает Ярек. — После сегодняшнего пира никому не позволено находиться вне дома после захода солнца, за исключением исполнения обязанностей, одобренных Стражами. Чем скорее предатель будет найден, тем скорее мы сможем вернуться к нормальной жизни. — Он встряхивает полу плаща, где лежат банки. Те из нас, кто рядом, слышат, как они звякают друг о друга.

Мы слабы, когда разобщены. Ярек знает это. Он создал голод и неравенство, а теперь играет на них, чтобы настроить нас друг против друга, вместо того чтобы задавать вопросы ему. Я в отчаянии смотрю на своих друзей. Они крепко прижимаются друг к другу: Оскар с одного края, Сэл с другого, Ээро и Мерил посередине. Сэл протягивает мне руку. Я спешу схватиться за неё, чувствуя прилив тепла, когда она сжимает мою ладонь в ответ.

— Почему мы здесь? — шепчу я.

Она качает головой.

— Нас вытащили из домов.

Я удивлена, почувствовав, что Сальватора дрожит, но потом опускаю взгляд и понимаю, что это Ээро, с другой её стороны, трясется, его дрожь так сильна, что передается по всей линии.

— Но у нас есть больше, чем одна проблема в наших рядах, — заявляет Ярек, наконец направляя внимание толпы на пятерых из нас. — Полюбуйтесь на этих преступников.