— Я правда не думал, что Раниэль так вспылит, — продолжил он. — Я думал, она сочтёт это хорошим пиаром. Зачем вообще брать тебя в шоу, если не хочешь фанатских видео, да? Но… неважно. Суть в том, что я накосячил, и как только узнал об этом, сразу пошёл в кабинет Раниэль и сказал, что это была моя идея. — Он замешкался: — Мне правда очень жаль. Я не хотел навлечь на тебя неприятности.

— Всё в порядке. Я подписала NDA. Я знала, что мне нельзя брать интервью у Гейм-мастера без разрешения.

— Так… я прощён?

— Тут не за что прощать.

Фитци с облегчением выдохнул и чокнулся с ней стаканом:

— За команду «Хельсинг».

— А ты и правда предвзят.

Она сказала это в шутку, но Фитци, похоже, обеспокоило это замечание:

— К сожалению, насчёт того страшного контракта я не шутил. — Он поспешно убрал руку с её плеча. — Нам также запрещено флиртовать с участниками.

Флиртовать. Интересный выбор слова. Картер подразнила бы его, если бы он не выглядел таким обеспокоенным.

— Ты просто мил со мной. Вряд ли продюсеры могут поставить тебе это в вину.

Он встретился с ней взглядом. Ему потребовалось много времени, чтобы ответить. Но когда он наконец открыл рот…

— Картер! Вот ты где!

Появилась Сиерра. Накрашенные чёрной помадой губы были искривлены в гримасе, когда она схватила Картер за руку и потянула за собой так резко, что сок снова плеснул ей на запястье.

— Ты мне нужна, — бросила Сиерра, сделав ленивый взмах рукой в сторону Фитци: — Поди поприставай к какому-нибудь другому участнику.

— Тоже рад тебя видеть, Сиерра! — крикнул он им вслепую.

— Что происходит? — спросила Картер.

— Дружеское предупреждение. — Сиерра резко развернулась к Картер: — Фитци — это проблемы. Как капитан твоей команды, я приказываю тебе держаться от него подальше.

Картер похлопала глазами:

— Прости, что?

— Ты меня слышала. Если я ещё раз застукаю тебя за флиртом с ним, клянусь — быть зарезанной во сне станет наименьшей из твоих проблем.

 

Глава 14

 

Бек

 

— Что ты думаешь о своей команде? — спросила Вера. Её смартфон был закреплён на штативе, и сама она смотрела в экран, а не на Бека. Он не совсем понимал, как ей удаётся превращать даже такой безобидный вопрос в скрытую угрозу.

— О, они отличные! — инстинктивно ответил он. Но, поразмыслив секунду, понял, что это довольно близко к правде. — Картер — настоящий двигатель фандома и невероятна в математике. Ади, очевидно, у нас самый крутой, и ему, похоже, нравятся анаграммы и словесные головоломки. А Сиерра… — Он глянул через плечо Веры туда, где стояли Картер и Сиерра. — Она единственная участница, которая уже была здесь. Она знает, чего ждать от игры. Любой, кто смотрел прошлый сезон, знает, насколько она гениальна.

Он решил, что сейчас не время и не место напоминать, что Сиерра всё ещё находится под следствием по делу об убийстве. А также не время и не место указывать на то, что находиться в одной комнате с Сиеррой — это всё равно что пытаться разгадать одну из подсказок Гейм-мастера. Он видит, что она что-то скрывает. Но было ли это «что-то» мягкой, ранимой натурой, жаждущей любви и понимания? Или же тем фактом, что она психопатка, готовая в любую секунду начать тыкать людей вилочками для оливок, вроде той, что она держала прямо сейчас?

Постойте… откуда у неё вилка для оливок?

Вера откашлялась.

Бек вздрогнул. Концентрироваться здесь было тяжело. Вокруг стоял слишком сильный шум, из-за чего во рту образуется жуткое месиво вкусов. Звук коктейльных шейкеров на вкус был как кока-кола со строганым льдом. Гул разговоров ощущался как жевание травы. А голос Веры был терпким, будто брусника.

Он с трудом вспомнил её вопрос:

— Эм… ну да. Мы отлично ладим.

Вера наигранно изобразила, что засыпает:

— Ты всегда такой Гарри Стью или просто изображаешь милашку перед камерами?

— Что это значит?

— Неважно. «Хельсинг» — интересный выбор для названия команды.

— Это была идея Сиерры.

— А как, по-твоему, каково это — найти свою сестру мёртвой в гробу?

Бек несколько раз открыл и закрыл рот:

— У… у меня нет сестры.

Вера уставилась на него.

— У меня есть двоюродный брат, мы довольно близки. Это считается?

Снова никакой реакции.

— А нам вообще разрешено об этом говорить?

— У нас свободная страна, — ответила Вера. — Свобода слова и всё такое.

— Ну да, но…

— В прошлом году кому-то сошло с рук убийство. Полиция до сих пор не уверена, как они это прокрутили. Чтобы такое вытворить, нужен был настоящий преступный гений, и вот мы здесь, в окружении… — Она сняла телефон со штатива и повернула его, показывая переполненный ресторан: — …настоящих гениев. — Она снова направила камеру на Бека: — Что ты думаешь?

— Я… я не знаю, — забормотал Бек, чувствуя, как его ладони становятся липкими под пристальным взглядом Веры.

— Думаешь, Сиерра могла прокрутить что-то подобное?

— Эм.

Левый глаз Веры начал поддрагивать, что смотрелось ещё заметнее из-за ярко-голубой подводки: