Элайджа почти полностью скрыл веселье, но оно всё же читалось на лице. Его зверю редко удавалось так оторваться в схватке с другим перевёртышем, поэтому сейчас он был спокойнее некуда.

— Предлагаю отправить счёт за ремонт семье Кримсонов, — непринуждённо сказал он. — Келлана неоднократно предупреждали, но он предпочёл не слушать.

Отец прищурился и скрестил огромные руки на груди. Он был одним из немногих живых перевёртышей, кто осмелился бы выдержать взгляд василиска, но для Элайджи он был почти отцом, поэтому мог себе это позволить. — Ну да, — недоверчиво произнёс он.

— Пап…

— Закрой рот, Уайатт. — Он ущипнул переносицу. — Это второй проклятый Луной день лагеря. Подобное поведение совершенно на вас не похоже. Вы один из самых талантливых квадов, выпущенных программой Стражей за последнее поколение. Вы умеете контролировать зверей — да, даже ты, Элайджа, — и всегда были безоговорочно преданы своим целям в программе. Какого заражённого рейфами хрена на вас всех нашло?

Его вопрос встретила тишина. Даже у Хита не осталось сил придумать какую-нибудь дипломатичную чушь.

— Эм, сэр?

Эйвери нерешительно подняла руку, сидя в кресле в углу.

Отец мгновенно смягчился, поворачиваясь к моей паре.

— Можешь называть меня Уордом, Эйвери.

Она непонимающе сморщила идеальный маленький носик.

— А, эм, хорошо. Уорд, мне просто интересно, почему именно я здесь?

Я задавался тем же вопросом, но мы не собирались жаловаться на то, что Эйвери вызвали к начальству вместе с нами. Это означало, что сегодня на занятии она не останется без присмотра, пока Кит Уэллс хлопает перед ней ресницами.

После катастрофы на полосе Хит сумел взять себя в руки и не стал душить нашу девочку чрезмерной Альфа-заботой насчёт лазарета. Он положился на Иэна, который выполнил за него грязную работу, и не прогадал.

Эйвери едва успела проглотить сэндвич, когда новость об «инциденте» разлетелась по столовой. Иэн устроил сестре допрос с пристрастием, после чего лично под конвоем отвёл в лазарет.

Через час, когда мы все успели принять душ и переодеться к занятию, на телефоны пришло сообщение от отца.

— Что ж, Эйвери, — сказал отец, — прежде всего хочу извиниться за происшествие с канатом. Да, работа Стража подразумевает риск тяжёлых травм и даже смерти, но неисправное тренировочное оборудование не должно быть его источником.

Она коротко кивнула.

— Извинения приняты.

Элайджа зашевелился в кресле, зверь прокрался в глаза.

— Уорд, предлагаю пересмотреть роль Кэша и его квада в качестве наших главных тренеров, если безопасность Эйвери для тебя важна.

Пышные брови отца едва заметно поднялись.

— На что ты намекаешь?

— Я лишь отмечаю, что канат Эйвери без проблем выдержал бесчисленное множество других стажёров, а Кэш, который никогда не скрывал отношения к её присутствию, по случайному совпадению находился у основания препятствия, когда канат оборвался.

— Кроме его присутствия рядом во время обрыва, у тебя есть доказательства того, что Кэш испортил канат Эйвери? — спросил отец.

Зрачки Элайджи сузились в щели, температура в комнате упала градусов на пять. — А они мне нужны? — прошипел он.

— Элайджа, — рявкнула Эйвери. — Прекрати. Ты не хуже меня знаешь, что доказать вину Кэша невозможно.

Холодное давление василиска исчезло. Элайджа нежно ей улыбнулся.

— Как скажешь, Голубка.

Отец прочистил горло.

— Это вторая причина твоего присутствия, Эйвери. Я восхищён смелостью, с которой ты сегодня остановила василиска, потерявшего голову от жажды крови. Это было безрассудно, но сработало. Поэтому и ещё по нескольким причинам я решил навсегда добавить тебя в эту команду.

Я не смог сдержать ликующей улыбки, остальные тоже.

Глаза Эйвери испуганно расширились.

— Что…

— Наша первая пятёрка Стражей, — продолжил отец, и в глазах вспыхнуло возбуждение. — Не вижу причин, почему она не будет работать не хуже обычного квада, а твоего мастерства более чем достаточно, чтобы влиться в эту группу. Кроме того, способность при необходимости успокоить зверя Элайджи — приятное преимущество.

— Мы согласны, — с готовностью сказал Хит. — Эйвери идеально дополнит нашу группу.

— Нет, — огрызнулась она, а затем повернулась к отцу, лишь слегка смягчившись. — Прости, Уорд, но я вынуждена отказаться.

Теперь брови и правда достигли отсутствующей линии волос.

— Вот как? И почему же? Я видел, как вы вместе сражались против СВР, и ты не станешь утверждать, что среди стажёров можно найти более подходящую тебе группу. По мастерству никто на вашем курсе даже близко не стоит с этими четырьмя.