По-моему, всем и каждому итак уже понятно, что Артем Волков форменный дебилоид.

На улице он подтаскивает меня к своей навороченной тачке – блестящему черному внедорожнику, который стоит целое состояние.

Конечно, у Волкова ведь очень богатые родители, могут позволить купить сыночку любую игрушку.

И даже права нарисуют, если надо.

Откуда у них столько денег, я, конечно, точно не знаю, но слухи по лицею ходят самые разные.

Говорят, что его отец – какой-то крупный чиновник, то ли в городской администрации, то ли еще выше, с огромными связями и возможностями. Из тех, кому закон не писан, и кто может решить любой вопрос одним звонком.

Поэтому Артем Волков и чувствует себя королем жизни, безнаказанно творя все, что ему взбредет в голову.

Еще говорят, что у Волковых свой бизнес, причем не один.

Что-то связанное то ли со строительством элитной недвижимости, где отмываются шальные деньги, то ли с импортом каких-то дорогих товаров, на которых они наживают целые состояния.

В любом случае, речь всегда идет о больших, очень больших деньгах, которые и позволяют парню раскатывать на дорогой тачке, закатывать шумные вечеринки. В общем, сорить деньгами направо и налево.

Еще я слышала, что его мать – известная в узких кругах дизайнер и владелица сети каких-то модных бутиков.

Светская львица, которая больше озабочена своим внешним видом и очередным приемом, чем воспитанием единственного сына.

Отсюда, видимо, и его избалованность и полное отсутствие рамок.

И вот, Волков распахивае пассажирскую дверь, явно намереваясь затолкать меня в салон.

И тут он вдруг замирает.

Внутри меня что-то ликует. Маленькая, но такая приятная победа.

— Ах-ха, Волков, — не могу сдержать язвительной усмешки. — Ну, и куда ты собрался? Как поведешь-то. Ха-ха.

Его лицо мрачнеет, желваки ходят на скулах.

— Или твоя высокопоставленная персона соблаговолит поехать на автобусе? — продолжаю, уже предвкушая, как он вынужден будет отстегнуть меня и я сбегу. — Боюсь, там нет кожаных сидений и климат-контроля.

Он резко захлопывает дверь машины.

И...Черт его раздери…Артем Волков не был бы Артемом Волковым, если бы растерялся и пошел на попятную.

— А мы прогуляемся с тобой, Лебедева, — заявляет нагло.

Его голос снова становится снова чуть насмешливым.

— Слышала, что вечерние прогулки очень полезны? Особенно тем, у кого в голове одни только формулы, графики и детские утренники.

— Фи, как-то странно слышать это от тебя, Волков, — парирую я, стараясь не показывать, что его слова, вся эта ситуация, а еще близость вызывают у меня самую острую панику. — Ты и свежий воздух? Обычно ты предпочитаешь прокуренные клубы. Надеюсь, что рядом с тобой я не умру со скуки, пока мы будем "наслаждаться" этой полезной прогулкой.

Уже собираюсь рассмеяться, но тут Волков дергает меня на себя так, что я почти врезаюсь в его грудь.

Скованная рука снова протестующе ноет.

— Еще слово, Лебедева, — цедит он сквозь зубы, а его глаза опасно сужаются, — и от скуки ты точно не умрешь.

И отчего-то с вызывающим, почти хищным блеском вдруг пялится на мои губы.

Глава 5

Артем

Серафима Лебедева.

Едва только эта девчонка с вечно задранным кверху подбородком и строгим взглядом глянула на меня, как я… ну, не то чтобы поплыл, как какой-нибудь сопляк.

Скорее, удивился.

Сильно так удивился.

С какого, спрашивается, хрена она вообще меня не замечает?

Я для нее будто бы пустое место.

Грязь под ее ногами.

Воздух, о присутствии которого даже не задумываешься.

Все девчонки вокруг крутятся, строят глазки, хихикают, лезут со своими «Артем, Артем».

Тошнит уже от этого сладкого щебетания.

А эта?

Эта только фыркает: «Отстань, Волков».

«Не отсвечивай, Волков, иди, куда шел».

«Сколько можно, Волков?»

И самое коронное, которое она цедит так, будто каждое слово – яд:

«Ненавижу тебя».

Прямо по слогам, чтобы побольнее ударить.

«Умеешь слушать? Не-на-ви-жу».

А с чего?

Вот прямо так сходу, с пустого места.

Короче, для нее я реально словно мебель. Невидимая, раздражающая мебель.

И у меня от этого крышу начало срывать.

Не сразу, конечно.

Держался я долго, где-то пару месяцев точно. А может и дольше.

Тоже делал вид, что она мне до лампочки, стремился ее не замечать.

Но как, блин, не замечать, если мы учимся в одном классе и эта Лебедева то и дело отсвечивает перед глазами?

Сидит передо мной за своей партой, вся такая правильная, сосредоточенная.

Заучка, короче. Вечно с книжкой или тетрадкой.

И этот ее взгляд… смотрит так, будто я ей мешаю дышать одним своим присутствием.

Короче, в какой-то момент я понял.