Просто исчезло. Будто его и не было.

Как будто я и не получала ничего от анонима.

Черт! А я ведь даже не заскринила!

Теперь и доказательств нет, что меня запугивают. Если я кому-то расскажу, мне просто не поверят. Решат, что я все выдумала.

И Волкову предъявить теперь нечего. Он явно хитрее, чем я думала. Заметает следы.

Засыпаю с мыслями об этом, вместо того, чтобы думать и предстоящем Дне рождения. О торте, свечах и запланированном празднике в кафе.

Утро начинается смешанно.

С одной стороны, приятное волнение, поздравления от мамы и ее подарок – новые наушники.

Не слишком дорогие, но я все равно им безумно рада.

Благодарю горячо.

Если честно, я опасалась, что она подарит мне что-то вроде длинной немодной юбки в пол и попросит ходить так на уроки. А если я откажу, примется манипулировать или подозревать, что я специально хочу привлекать внимание мальчиков.

Наушники же - это совсем другое дело. Настроение просто взлетает.

А это так важно для меня сегодня.

Потому что вчерашнее сообщение нет-нет да и всплывает то и дело в памяти, словно назойливая муха.

Но я решительно отгоняю дурные предчувствия.

Сегодня мой день, и никто, даже анонимный "Devil", мне его не испортит.

Мы с девчонками еще заранее договорились собраться уже непосредственно в кафе.

Оно встречает нас приглушенным светом, ароматом кофе и свежей выпечки.

Мы смеемся, болтаем.

Аленка вручает мне милый собственноручно сплетенный браслет, Лиза – книгу известного автора, о которой я давно мечтала.

Настроение поднимается, и я почти забываю о своих утренних тревогах.

За болтовней, едой время пролетает незаметно.

И вот уже самый разгар, финал.

Официантка выносит заранее заказанный мной торт – небольшой, но очень красивый, с яркими ягодами и кремовыми розами.

Девчонки зажигают свечи.

— Ну, Фима, загадывай желание! — улыбается Аленка.

Я закрываю глаза, вдыхаю сладкий аромат, и в голове рождается самое простое и самое заветное желание – чтобы все просто было хорошо.

Чтобы этот год прошел спокойно.

Чтобы я поступила в университет на будущий год.

Чтобы мама была здорова, и…

Чтобы… чтобы Волков наконец-то от меня отстал.

И в этот самый момент, когда я уже набираю в грудь побольше воздуха, чтобы задуть свечи…

Дверь кафе бесцеремонно распахивается, и на пороге появляется…

Он!!!!

Снова Артем Волков.

Да не один. С ним его дружки-прихвостни, все, кроме Самсонова, с такими же самодовольными ухмылками, как и у него.

А в руках у Волкова… о боже… огромный, безвкусно-яркий букет, перевязанный серебристой лентой.

Кровь стынет в жилах.

Потому что Волков и букет - это несовместимо.

Это как черное и белое, как… как я и он. Что-то здесь не так, что-то ужасно не так.

Что он задумал?

— Ну, с днем рождения, Лебедева, — его голос сочится фальшивой, ядовитой любезностью, от которой у меня по спине бегут мурашки.

Он делает шаг вперед, останавливаясь вплотную у нашего столика. Рядом со мной.

Слишком близко. Я чувствую запах его парфюма – дорогого, терпкого, и почему-то сейчас он кажется удушающим.

— Лови поздравления.

Его ухмылка становится шире, обнажая ряд идеально ровных зубов.

И он протягивает букет.

Нет, это уж точно не к добру.

Это прелюдия к какой-то новой гадости, я это нутром чую.

— Что тебе надо здесь? — чеканю, глядя ему прямо в глаза, стараясь не выдать своего волнения.

Даже не думаю забирать этот…букет. Мои руки словно приклеены к коленям.

— Я же ясно дала тебе понять, что не жду тебя. Ни здесь, ни где-либо еще.

— Ты же любишь сюрпризы.

Его голос звучит как всегда издевательски.

— Нет!

От этого типа и его сюрпризов меня уже тошнит.

И ему об этом прекрасно известно.

Но продолжает забавляться со мной.

— Нет? — он притворно вскидывает брови, изображая удивление. — Ну, значит, я ошибся. Извини.

И с этими словами он небрежно бросает букет мне на колени. Цветы давят своей тяжестью, их приторный запах ударяет в нос.

Фу, хочется отбросить их, стряхнуть с себя, как какую-то мерзость, пусть даже умом я понимаю, что сами цветы ни в чем не виноваты.

Это его намерение делают их отвратительными.

— Ты отравил их ядом? — интересуюсь с сарказмом, который, надеюсь, звучит достаточно язвительно. — Или в лепестках спрятаны жуки? В чем подвох на этот раз, Волков?

Подруги сидят, словно в рот воды набрали. Аленка смотрит на меня с сочувствием, Лиза испуганно вжалась в спинку стула.

Я их понимаю, против Волкова и его компании мало кто осмелится открыто высказаться.

Дружки Волкова тем временем бесцеремонно хватают свободные стулья с соседних столиков и с грохотом придвигают к нам.