- Только если, сперва, я пересдам русский…

- Даже не сомневаюсь, что теперь ты без труда его пересдашь.

- Училка типа принципиальная. У нас с ней контры с самого первого дня, – поморщившись, я вспомнил о мегере Пожарской.

- Макс, готовь свою парадную рубашку, – лениво протянул Галицкий. – Наведем шороху в образцово-показательной школе? – на лице товарища отражалась непоколебимая уверенность.

Я зажмурился, закрывая лицо руками.

- Я все тебе верну, – стоял на своем, раздражаясь из-за его тупой выходки.

Вот не просил же! Зачем лезет?!

- Не сомневаюсь, что вернешь, потому что ты упертый, как баран, а еще хитрый, как слепой в женской бане.

- Ром…

- Знаешь ли, неблагодарность убивает энтузиазм, – Галицкий хмыкнул.

Я вновь на него посмотрел.

- Почему ты со мной дружишь?

Брови Ромки приподнялись. Выдержав его вопросительный взгляд, я пояснил.

- Очевидно же, что мы из разных социальных слоев. Моя семья даже до среднего класса не дотягивает…

- И ты находишь это причиной нам не общаться? – с искренним удивлением уточнил он.

- Знаешь же, в каком мире мы живем… Есть богатые. И все, кто пресмыкаются перед ними. А ты из очень состоятельной семьи…

- Ты сам и ответил – я не хочу, чтобы передо мной пресмыкались. Таких хватает. А сдружились мы, пожалуй, потому, что ты был одним из немногих, кто после игры мог прямо указать на все мои косяки. Сперва, это немного бесило, – Ромыч усмехнулся. – Но, когда я попробовал применить некоторые твои советы на практике, и получил похвалу от тренера, то поменял свое мнение.

Я кивнул, погружаясь в воспоминания о том, как мы с Ромкой и Лехой только начинали играть в одной команде. Наши первые соревнования, победы…

И каким нелюдимым раньше был мой товарищ.

Когда я только познакомился с Галицким, он почти не разговаривал. Это связано с некоторыми травмирующими эпизодами из его прошлого…

Но время и дружеская поддержка, право, творят чудеса. Теперь никто бы не подумал, что у этого почти двухметрового амбала когда-то были подобные проблемы…

Будто прочитав мои мысли, Рома тихо сказал.

- Макс, все образуется.

- Хочется верить...

Спустя пару минут комфортного молчания, я не удержался.

- Помню, когда пацаны рассказали мне про твое аристократическое происхождение, я реально не мог поверить – в моем представлении потомственные дворяне носили расшитые золотом камзолы, передвигаясь исключительно на карете, запряженной вороными лошадями, – я рассмеялся, глядя в его покерное лицо.

- Сериалов по телеканалу «Россия» пересмотрел? – прицелившись, Галицкий кинул в меня подушку. – Не исключена вероятность, что батя просто «занес» кому надо в гос. архиве, получив все эти «корочки». Он был тем еще показушником, да и мать такая же, поэтому вряд ли я когда-то узнаю правду насчет наших «голубых кровей»

Мы обменялись ироническими взглядами.

- Кстати, недавно на «Дзене» прочитал о новой теории заговора, связанной с дворянами. Там говорится, что представители царской семьи во главе с Распутиным могли быть первыми рептилоидами, высадившимися на Земле более сотни лет назад.

Выждав мгновение, Ромыч хлопнул в ладоши.

- Черт, Макс. Похоже, ты меня раскусил…

- М?

- Непросто все это время было маскироваться под человека: то вертикальные зрачки вылезут, то чешуйчатый хвост…

- Шуточки за триста подъехали?

- Говорю же, мы прилетели с планеты Нибиру. Разумеется, всем заправляет моя мать – главный рептилоид, а Настька так, вредная змейка… – Ромыч лукаво улыбнулся, делая вид, что поправляет хвост.

- Оч смешно…

- Не забудь к завтрашнему вечеру нагладить подтяжки, умник. На школьный дискач пойдем! – Ромка подмигнул. – Я погнал.

***

Прежде чем начать разговор, директриса долго смотрела мне в глаза.

Да, Крутикова отправила меня к Михайловой на поклон, как только я переступил порог школы. Ну, и правильно – перед смертью ведь не надышишься…

Пепельная блондинка с аккуратным каре удерживала строгий взгляд своих ясных синих глаз на моем лице, выжидающе покручивая колпачок ручки в руках.

- В «Триумфе» мы учим ребят честности, Максим. И я буду с вами откровенной – некоторые учителя недовольны вашей успеваемостью, да и постоянными прогулами…

Мхатовская пауза. Мои плечи напряглись.

Я был уверен, что далее Ольга Владимировна обратится ко мне с драматичной просьбой забрать документы из школы, однако неожиданно она произнесла.

- Знаете, за годы работы с подростками у меня уже выработалось чутье. Вы хороший человек, но слегка сбились с пути…

Михайлова коротко улыбнулась.

- Полагаю, будет правильно дать вам еще один шанс. До конца второй четверти. Но пообещайте, что улучшите свои оценки и посещаемость. Особенно это касается уроков русского языка… – она подмигнула.

И снова повисла пауза, правда, уже не такая напряженная.