Вечер прошел как в тумане. В основном я сидел за столом со скрещенными на груди руками, пялясь в одну точку.

Я пытался готовиться к русскому, но мысли то и дело возвращали меня на душный склад автосервиса, где мозг отдавал противоречивые сигналы телу.

Все, что я до сих пор видел перед собой – это образ смущенной кусачки, подрагивающей от желания в моих руках.

В глубине души я жалел, что все закончилось, толком не успев начаться, хотя, с другой стороны, я и сам не понимал, чего именно от нее хочу…

В том хаосе, который представляла моя жизнь, не было места для серьезных отношений. Даже привести девушку некуда – не встречаться же на территории друга…

Да и вообще, судя по случайно подслушанному разговору в раздевалке, Роза была из тех девчонок, которым подавай красивые долгие ухаживания и всю эту романтическую хрень.

Я понятия не имел, как это делается, предпочитая общаться с девочками несколько иного склада характера. Внезапно я осознал, что давно не виделся с Элиной…

В последнее время наши графики просто не совпадали: я работал с утра до ночи, Корчагина двадцать четыре на семь снимала для своего блога, в перерывах приходилось еще учиться. Не до свиданок.

Я повернул голову на приглушенный звук шагов.

- Леха сказал, ты весь вечер сидишь как сыч… Он, кстати, умотал на свидание. – Ромка замер у двери в мою комнату. – Реально тебя в последнее время не видно, не слышно… Что-то случилось?

- Все в рабочем режиме, – отворачиваясь от него, заверил я.

Только Рома не спешил уходить – я услышал, как, прогибаясь под ним, заскрипело кресло.

- Для рабочего режима как-то ты неважно выглядишь, будто вот-вот кони двинешь… Макс, че происходит?

Я промолчал, переворачивая страницу учебника по русскому языку.

Галицкий не спешил прервать наше затянувшееся молчание, чем начал серьезно действовать мне на нервы.

- Ром, мне надо завтра кое-что пересдать, иначе снова отчислят, – наконец, перекладывая учебники, задвинул я.

- Снова отчислят? Макс, какого хрена?

Крутанувшись в кресле, я сосредоточенно посмотрел на Ромку.

- Поговаривают, уже в ноябре Михалыч планирует вернуть тебя в команду. Мы чуть не продули два последних матча – еле-еле вытянули по пенальти. Тебя адски не хватает. Кончай уже барагозить.

- Да если бы дело было только во мне… – зло рассмеялся, вспоминая все эти стремные безосновательные обвинения в краже.

- А в ком, черт возьми? Что-то скучно жить стало? Давно в КПЗ не закрывали?

Мой подбородок дернулся – я пытался сдержать накативший гнев.

Но справиться с вновь охватившим тело бешенством не получалось, поэтому внезапно я поделился с другом подробностями всей этой премерзкой ситуации...

***

Некоторое время Галицкий молчал.

Опустив голову, друг уткнулся в телефон, и лишь пляшущие на скулах желваки выдавали его эмоции.

- Как говоришь, зовут этого кудрявого гнома из Вселенной Толкина?

- Олейник. Только, Ром, пока без фокусов. Само собой, я этого так не оставлю… Но месть приберегу до лучших времен.

Мне хотелось подраться с Игорьком, отмутузив его до крови.

- Значит, завтра Осенний бал? – не глядя на меня, Галицкий продолжил изучать что-то в своем айфоне.

- Ага. Потанцевать захотел? – сжав шею ладонями, я принялся разминать затекшие мышцы.

Они гудели под пальцами – похоже, перенапряг.

- Почему бы и нет? Сам же говорил, девчонки у вас симпотные, – несколько зловеще отозвался Ромка. – Познакомишь?

- Ты прикалываешься? Чтобы после всего, что они про меня выдумывали, я туда пошел?

Галицкий поднял голову, посмотрев на меня так, будто был сыт по горло.

- Я настаиваю, что ты должен там появиться. Тем более, деньги нашлись. Уже предвижу, как некоторые начнут переобуваться на лету… Нельзя пропускать такое шоу, Макс, – он подмигнул.

В этот миг мой телефон засветился.

Взяв его в руки, я открыл входящее от Ромы.

- Какого хрена? – нахмурился, разглядывая скрин главной страницы сайта нашей школы. – Что ты сделал?

- На сайте школы есть ссылка для пожертвований на благо развития учебного заведения. Посмотри сбоку. Там теперь твое имя.

Я моргнул, пытаясь вникнуть в его слова.

- Почему там мое имя, Ром?

- Потому что ты задонатил больше всех в этом месяце, – со скучающим видом пояснил Галицкий.

- Зачем? Моего имени только там не хватало… Сколько ты перевел? Я верну тебе все до копейки!

- Да брось ты, Макс. Я перечислил небольшую сумму из благотворительного фонда нашей семьи. Для матери это сущий пустяк, она даже не заметит. А если спросит, скажу, что поддержал школу с передовой программой обучения. У вас же там настоящий учебный рай? – лукаво улыбаясь, он медленно склонил голову в бок.

- Учебный рай, ага, – я ухмыльнулся. – Скорее уж ад, населенный озлобленными лживыми демонятами.

- Тогда завтра повеселимся на балу нечисти? – я увидел нездоровый блеск в его темных глазах.