Это уже потом я научилась плевать на мнение окружающих, приняла свою внешность. Потом появились деньги на хорошего дерматолога и дорогие уходовые средства. Ну и на нормальную косметику, которая не выглядит на лице как непросохший слой штукатурки.

В общем, повторять опыт ежедневного макияжа для сокрытия собственной кожи мне не хотелось. Но выбора не было.

Мои веснушки были не просто опознавательным знаком. Они были как огромная надпись у меня на лбу: «Я что-то скрываю». Такого великолепия просто не могло быть у брюнетки. Поэтому я приготовилась маскироваться.

Но не сразу. Следующим утром, как только рассвело, я покинула гостеприимный постоялый двор, хоть и заплатила за неделю проживания. Но это были прогнозируемые и даже продуманные риски.

Вышла я, как и была вчера, с платком на голове, в ужасном платье цвета дерюги, с безвкусным корсетом, который завязывался спереди.

У меня он был чисто декоративным, разумеется. Достаточно маленькая грудь не требовала какой бы то ни было поддержки. А уж затягивать на талии, чтобы её подчеркнуть… Зачем?

Во-первых, неизвестно, как это скажется на моей спине. Я где-то слышала, что при таких травмах специально носят корсеты. Но то – ортопедические! А этот может и навредить.

А во-вторых, у меня теперь и так была тонкая талия. Зачем ещё утягивать?

Хотя, признаться, у меня руки чесались снять эти мерзотные тряпки цвета мартовской грязи и надеть что-то более носибельное.

В замке я в основном одевалась в комфортные домашние платья, сделанные из шёлка, бархата, других натуральных, роскошных материалов. Во внешнем мире нужно было быть скромнее.

По крайней мере, сейчас.

Местный аналог тонального крема я нанесла на улице, свернув за ближайший угол и убедившись, что по случаю раннего времени людей вокруг нет.

И уже в таком виде пошла искать транспорт, который может увезти меня из этого города.

Посмотрев на редкие телеги и повозки, ползущие по улицам, вспомнился Макс. Он наверняка долго ждал меня возле дома ростовщика, а потом ещё и искал. Стыдно. Очень.

Я взяла себе на заметку, как-нибудь написать Мии, когда это можно будет сделать безопасно, чтобы не отследили. Желательно ещё в письмо положить какой-нибудь подарок.

Но пока нужно было думать о себе и более насущных вещах. И начала я с того, что нашла ещё одну гостиницу. Уже явно выше уровнем. Было похоже, что здесь останавливаются купцы, возможно, какие-то обедневшие аристократы.

По крайней мере, на меня в моём бедненьком платье здесь посмотрели презрительно. Я аж вспомнила родные столичные магазины по типу ЦУМа. Если зайти туда не в брендах с ног до головы, то местный персонал может так взглядом обжечь, что чувствуешь себя потом помойной бомжихой.

Короче, здесь было примерно то же самое, и только моя выработанная уверенность не позволила повернуть назад.

— Есть свободные комнаты, милейшая? — обратилась я к девушке, той самой, которая взглядом пыталась показать, что мне здесь не место.

— У нас дорого.

— Я не спрашивала цену. Я спросила, есть ли комната.

— Самая дешёвая – два серебряных за ночь, — скривилась она.

Да они совсем с ума сошли! Если верить Мии, целую квартиру с обстановкой на месяц можно было снять за пятнадцать! А здесь – одна ночь две!

С другой стороны, вспомнить родные пятизвёздочные отели хоть в Турции, хоть в России. За сутки проживания заплатишь столько, сколько аренда однушки где-нибудь в Одинцово стоит.

Я, скрипя зубами, выложила монеты на стойку.

— И ещё. Скажите, милейшая, ваша гостиница организует перевозку пассажиров? Мы с мужем в вашем чудесном городе проездом, и нам нужно в столицу. Наш транспорт временно пришёл в негодность, а ждать времени нет.

Девушка смерила меня слегка скептическим взглядом. Но деньги возле её руки сделали её более сговорчивой.

— Ежели вам подешевле, то это к обозникам. Долго, зато надёжно. Недели две точно в пути будете. Дилижансы для тех, у кого лишние деньги есть — недешёвое удовольствие. Зато быстро. Останавливается только на ночёвки, двое кучеров посменно управляют. На нём и за пять дней добраться можно. Но их грабят периодически.

— А обозы не грабят?

— С обозами купцы идут. Они охрану свою имеют, товар охранять. Кто ж на обоз в здравом уме нападать будет? Разве что специально заказ на кого-то.

— Понятно. И где мне найти и тех, и других?

— Обозники на окраинах обитают, а ещё – ближе к рынку и в тавернах. Дилижансы возле почты расположены. Это в двух кварталах отсюда.

— Благодарю.

С сомнением посмотрев на девушку и задушив внутреннюю жабу, я выложила на стойку ещё одну серебрушку. Мало ли. Вдруг мне ещё понадобится с ней поговорить.

— Тогда пока на сутки номер. Дальше посмотрим. Может быть, муж договорится уже на завтра.

Конечно, именно на завтра договориться у меня не получилось. Свободное место в дилижансе нашлось на послезавтра.

Я специально узнала у девушки и про обозников, и про дилижансы. Чтобы она не могла точно сказать, к кому именно я отправилась.